Иэн посмотрел на Ноулза, потом на Эмили и рассмеялся.
— Может быть. Выходит, мы трое сработались.
Они смутились.
18 ОКТЯБРЯ, ВОЗЛЕ ГОСПИТАЛЯ ДЛЯ ЧЕРНЫХ «ХИЛЛБРОУ», ЙОХАННЕСБУРГЙоханнесбург был окутан густой желто-бурой завесой выхлопных газов и промышленных выбросов. Смог накапливался в течение нескольких дней, удерживаемый зоной высокого давления, которая отсекала всякий ветер с севера или юга.
Иэн Шерфилд смотрел в заднее стекло. Они ехали по Эдит-Кавел-стрит, за рулем сидел Мэтью Сибена, который, как всегда, тщательно следил за тем, чтобы не превысить дозволенной скорости. Отправляясь в район Хиллброу, молодой африканец настоял на том, чтобы все двери «форда-эскорта» были заперты. Почему — понять было несложно.
Хотя официально Хиллброу считался «белым» районом, здесь издавна селились представители разных рас. Тут было много ультрасовременных кафе, недорогих многоквартирных домов и ночных джаз-клубов. Но со временем и, главное, с приходом к власти Форстера и возвратом к жестким законам апартеида, Хиллброу изменился не в лучшую сторону. Теперь его растрескавшиеся тротуары, замусоренные аллеи и заколоченные окна резко контрастировали с виллами, бассейнами и садами, характерными для богатых белых окраин северной части Йоханнесбурга.
Хотя было еще светло, людей на улицах было мало. Одни были на работе, другие сидели в забитых до предела концлагерях, третьи старались не высовывать носа из своих незаконно занимаемых квартир. Те же, кто им попадались, гневно потрясали кулаками и плевали вслед «форду-эскорту» с белыми пассажирами.
Сибена нервно помотал головой.
— Говорю вам, господин Иэн, это нехорошее место, опасное место. Вы с Сэмом наверняка можете сегодня поснимать где-нибудь еще?
Иэн подался вперед.
— Перестань трястись, Мэт. Все будет в порядке. Просто мы слышали в пивной, что здесь возле госпиталя должна состояться незаконная демонстрация. Такого нельзя пропустить, да, Сэм?
Ноулз подмигнул в ответ и вдруг толкнул его локтем, показывая на изрисованную телефонную будку в нескольких ярдах впереди.
Иэн кивнул. Пора приводить их план в действие. Он почувствовал, как заколотилось сердце. От того, что произойдет в следующие минуты, зависело слишком многое. Если им не удастся настроить Сибену против его хозяев, то придется отказаться от затеи накрыть Эрика Мюллера.
Иэн тронул Сибену за плечо.
— Остановись-ка здесь, Мэт. Мы с Сэмом можем пройти остаток пути пешком. Мы пойдем боковыми аллеями, чтобы не напороться на полицейских.
«Эскорт» подрулил к обочине и остановился. Иэн натянул свой любимый блейзер, в котором всегда ходил на съемку, а Сэм вытащил с заднего сиденья и из багажника свою аппаратуру. Потом Ноулз зачем-то еще раз залез в багажник, после чего захлопнул крышку.
Коротышка-оператор кивнул. Все готово.
Иэн нагнулся к боковому стеклу водителя.
— Не волнуйся, Мэт, и жди нас. Мы мигом.
Провожаемый удивленным взглядом шофера, он направился к телефонной будке, роясь в кармане как будто в поисках мелочи. За ним поспешил Ноулз с мини-камерой и микрофоном на плече.
Войдя в кабину, Иэн подождал, пока Сэм встанет сзади, так чтобы Сибене не было видно. Затем он снял трубку и быстро открутил крышку микрофона. Внутри свободно лежал небольшой металлический диск — обычный микрофонный диск, который переводит звуковые волны в электрические сигналы для передачи по телефонному кабелю. Вытряхнув этот диск на ладонь, он засунул его в карман пиджака.
— Давай быстрее, парень. Сколько мне еще тут торчать? — По шепоту Ноулза можно было догадаться, что он тоже нервничает.
— Почти готово.
Зажав трубку между ухом и плечом, Иэн сделал вид, что звонит, а сам тем временем достал из кармана другой микрофонный диск, как две капли воды похожий на тот, который он только что вынул. Но этот диск благодаря своей электросхеме мог выполнять еще одну, очень специфическую функцию: на короткие расстояния он работал как миниатюрный радиопередатчик. Теперь любой разговор с этого телефона мог быть принят радиоприемником и записан на магнитофон, спрятанный в багажнике «эскорта».
Вставив новый диск в трубку, Иэн закрутил крышку. Глаза ему заливал пот, он утерся рукой, а руку обтер о штанину. Готово.
Выйдя из телефонной будки, он помахал Мэтью Сибене, который сидел в машине, напряженно глядя в их сторону через лобовое стекло. После этого Иэн с Ноулзом быстрым шагом удалились по близлежащей аллее, старательно обходя кипы гниющего мусора, пока не потеряли машину из виду.
Аллея выходила на Кляйн-стрит возле небольшой и обветшалой голландской реформатской церкви. На ее бурых кирпичных стенах кто-то намалевал белой краской антиправительственные лозунги.