Не приказ, подумал Крейг. Предложения такого рода редко бывают приказами. Тебе всегда дают возможность отказаться, не уронив достоинства. Конечно, отказавшись, он лишит себя всяких надежд на дальнейшее продвижение. И после отставки Уэса ему не видать поста командующего как своих ушей. По теории все просто. Но кто-то, наверное, предпочел бы поставить на карту свою карьеру, чем исход целой войны.
Крейг еще немного помолчал. Он пытался рассуждать объективно, беспристрастно взвесить все «за» и «против». Но он уже знал свой ответ. Он не может сказать «нет».
Обратный полет показался даже короче, чем дорога в Вашингтон. Сидя на заднем сиденье, он заставил себя открыть папку с инструкциями, которую получил в Пентагоне. И все же то, что ему удалось просмотреть относительно предстоящей операции и данных разведки, утвердило его в мысли, что эта работа ему по плечу.
Затем он перешел к толстому приложению, озаглавленному «Оценка политической ситуации». И тут к нему в душу вновь стали закрадываться сомнения.
15 НОЯБРЯ, ШТАБ 3-Й БРИГАДЫ СПЕЦИАЛЬНОГО НАЗНАЧЕНИЯ, КОРОЛЕВСКАЯ МОРСКАЯ ПЕХОТА, ДЕВОНПОРТ, АНГЛИЯБригадный генерал Нил Пэскоу крепко спал, когда раздался телефонный звонок. Лишь после шестого звонка он нащупал ночник и снял трубку.
— Да. Какого черта?
В трубке послышался извиняющийся голос дежурного офицера.
— На связи генерал Вон, сэр.
Пэскоу моментально проснулся. За командующим британскими войсками специального назначения не водилось привычки звонить подчиненным без дела. Тем более в полтретьего ночи.
В трубке раздалось жужжание и щелчок.
— Пэскоу?
— Так точно, сэр.
Вон сразу перешел к делу.
— Боюсь, события в ЮАР принимают довольно скверный оборот. Я только что говорил с премьер-министром, и он просит нас быть готовыми выступить через семьдесят два часа.
УТРЕННИЙ ВЫПУСК СИ-ЭН-ЭНКорреспондент стоял у главных ворот американской базы морской пехоты в Кэмп-Лежене, Северная Каролина. За его спиной суетились какие-то люди — входили и выходили рабочие базы, махали маленькими американскими флажками провожающие, толпились зеваки и размахивала своими плакатами жидкая толпа демонстрантов. Смешанный отряд военно-морской полиции и полиции Северной Каролины отделяли группу бритоголовых и сторонников Ку-Клукс-Клана, с одной стороны, от леваков и стареющих членов молодежной лиги «Спартак» — с другой. Зеленые грузовики въезжали и выезжали из ворот базы, мешаясь с легковушками и полуприцепами. Все это создавало живописный фон для репортажа.
«…были приведены в стремительное действие событиями последних двух суток. Кэмп-Лежен, база Второго экспедиционного корпуса морской пехоты в Северной Каролине, пришел в движение: морские пехотинцы готовятся к посадке на все имеющиеся в их распоряжении десантные корабли, а также на несколько торговых судов, зафрахтованных военными для этой цели. Контейнеровоз «Гэлакси Галф» и несколько огромных грузовых судов — только первые в числе многих, которые потребуются для переброски морских пехотинцев и их техники через Атлантику в ЮАР.
Корабли стоят под погрузкой по всему Атлантическому побережью США в военных и торговых портах, а также в английском порту Саутгэмптон, где готовятся к отплытию Королевские морские пехотинцы.»
В кадре возник панорамный вид Уилмингтона с воздуха. Обычно здесь оживленно сновали торговые и военные корабли, направляющиеся на верфь или на военно-морскую базу. Сейчас здесь творилось настоящее столпотворение, и десятки кораблей буквально толпились в фарватере.
Камера взяла крупный план самой военно-морской базы. Здесь возле нескольких причалов стояли серые корабли, возле каждого лихорадочно кипела работа.
На этих кораблях будут доставляться войска, которые официальные источники называют «боевым ядром Объединенных миротворческих сил».
Другие морские пехотинцы, с которыми нам удалось поговорить, назвали это «штурмовым эшелоном».
Глава 25 УДАР ГРОМА
Южноафриканская авиабаза являла собой свидетельство отчаянного сопротивления — она была полностью разрушена. Бетонные взлетно-посадочные полосы длиной в милю были изрыты воронками от огня тяжелой артиллерии. Командно-диспетчерский пункт, ангары и складские здания были превращены в горы искореженного алюминия, гнутых балок, обломков кирпича и бетона. Над всем этим висел тошнотворный, едкий запах смерти и разрушения, который смешивался с запахом пролитого на землю авиационного топлива. Теперь оно испарялось или полыхало ярким пламенем.