— Генерал Крейг? — тихонько позвал его ординарец. Крейг стоял в гуще офицеров, собравшихся в командной рубке. Привлечь его внимание в этом шуме было нелегко, но и кричать, обращаясь к генерал-лейтенанту, не полагалось.
Наконец Крейг обернулся и кивнул капралу, который быстро подошел и протянул какой-то листок. Отдав честь, он вышел, а Крейг машинально ответил на приветствие, уже углубившись в чтение бумаги. Весь штаб замер в ожидании.
Крейг немного ссутулился, но быстро взял себя в руки. Он повернулся к бригадному генералу Клейтону Мауэру, который отвечал за операции сил вторжения.
— Клей, пересмотри учебный график. Один полный день отведи под отработку действий в условиях применения отравляющих веществ — спецприемов, использования защитных костюмов, химразведку.
Мауэр присвистнул.
— Значит…
— Да. Кубинцы применили газ, чтобы сломить сопротивление защитников города севернее Претории. В сообщении не указано, какой именно это был газ, но общие потери составили несколько тысяч человек. Если верить нашей разведке, сильно пострадало и гражданское население.
— Черт. — Мауэр тяжело опустился на стул, шумно выдохнув. — Сначала отрабатывай действия в зоне ядерного удара, теперь — это. Сэр, у ребят заранее разовьется аллергия на это задание. — Он улыбнулся, чтобы скрыть свою озабоченность, понимая, однако, что в сообщении содержится чистая правда.
Крейг хмуро кивнул. Мысли его были уже за много тысяч миль отсюда.
Мауэр ничего не знал о готовящейся высадке десанта в Пелиндабе. На самом деле, помимо самого батальона «рейнджеров», об этом знали только пятеро офицеров, включая Крейга.
Офицеры штаба узнают об операции «Счастливый жребий» только после ее начала. В списке с грифом «Довести до сведения» значились всего несколько фамилий. К тому же он очень сомневался, что осведомленность офицеров штаба о казавшейся чистым безумием операции поднимет им настроение.
Оставалось надеяться, что рискованное предприятие «рейнджеров» окажется успешным. Ему никогда не доводилось видеть, чтобы десантные корабли разворачивались и обращались в бегство, но, если африканеры вцепятся зубами в свои бомбы, это будет единственным разумным выходом.
Глава 29 ЧАСЫ ПУЩЕНЫ
Подполковник Роберт О'Коннел говорил с Вашингтоном по секретной связи. Он был мрачен: его командир полка полковник Пол Геллер, в сущности, зря потратил десять дней, которые можно было использовать для планирования операции. Тот факт, что он ожидал этого звонка с момента нанесения Преторией ядерного удара, не мог служить достаточным утешением.
Случайный отблеск неяркого солнечного света озарил его кабинет, но не улучшил настроения. Как же он хотел хоть раз в жизни получить из Пентагона хорошие новости! Но, похоже, его желание невыполнимо.
— Нет, сэр, я понимаю… Да, сэр. Действительно идиотская затея — передвигаться по железной дороге. Надеюсь увидеть вас завтра здесь. До свидания. — Он подавил желание сказать больше — гораздо больше. Вместо этого положил трубку красного телефонного аппарата и сел, уставившись в окно.
— Неприятности?
О'Коннел слегка обернулся и посмотрел через стол на худощавое загорелое лицо майора Питера Клоцека, батальонного офицера по оперативным вопросам.
— Можно сказать и так, Пит. — Он кивнул в сторону телефона. — Мы потеряли неделю. Так что теперь это — Д минус четыре. Вашингтон требует, чтобы мы выступали двадцать девятого ноября, вместо шестого декабря. Кроме того, они увеличили список объектов. Объединенный комитет начальников штабов хочет, чтобы мы захватили завод по обогащению урана в Пелиндабе. Они хотят, чтобы у ЮАР не осталось ни одного шанса подготовить очередную ядерную бомбу к тому моменту, как наша морская пехота высадится в Кейптауне.
— Господи Боже мой.
Клоцек не мог скрыть тревоги. Выступать на неделю раньше срока означало отказаться от серии полномасштабных учений, необходимых, чтобы проверить сложный план, разработанный пока лишь в компьютерах и на бумаге. Хуже того, в последний момент назначить главной целью завод по обогащению урана означает распылить и без того ограниченные силы 1-го батальона.
— Как, черт возьми, они думают, мы все это сделаем?
О'Коннел пожал плечами.
— Их это не волнует. В любом случае послезавтра мы вылетаем на остров Вознесения.
— Нас раздавят. — Клоцек помрачнел. Разработка воздушно-десантной операции требовала тщательного планирования и доскональной подготовки. Недоработки в чем бы то ни было, чреваты большими потерями и в конечном счете поражением.