Пейпер ожидал нападения кубинцев. Более того, он ожидал, что они применят химическое оружие. И вот он увидел, как первые облачка наводящего ужас нервно-паралитического газа приближаются к его бункеру.
Он отшатнулся и схватил за плечо молоденького лейтенанта, который, казалось, никак не мог проснуться.
— Дайте сигнал химической атаки!
— Полковник?
Оттолкнув лейтенанта, Пейпер подбежал к пульту, включил сигнал тревоги и бросился к своему комплекту химзащиты.
Завывание сирены воздушной тревоги над Пелиндабой сменилось пронзительным сигналом химической атаки.
В деревянных казармах по всей территории комплекса разбуженные по тревоге солдаты, схватившие было винтовки и каски, тут же побросали их и стали натягивать противогазы и защитные костюмы. На это должно было уйти не меньше двух-трех минут, прежде чем они смогли бы включиться в кровопролитный бой, уже кипевший по всей территории комплекса.
Так полковник Франс Пейпер дал американским «рейнджерам» выигрыш во времени, который был им так необходим.
ШТАБНАЯ РОТА 1-ГО БАТАЛЬОНА 75-ГО ПОЛКА «РЕЙНДЖЕРОВ"Пригнувшись за бруствером, О'Коннел наблюдал, как к траншее подтягиваются «рейнджеры» — с выпученными глазами, тяжело дыша. Большая часть штабной роты и офицеров осталась в живых — гораздо большая, чем он смел надеяться. Даже профессор Леви был цел и невредим — сидя на полу, он потирал ногу, которую растянул при приземлении.
— Вайсман!
Пробившись через нестройные ряды «рейнджеров», радист протянул подполковнику передатчик.
— «Сьерра-один-ноль», я «Бродяга-один-один». Атлас. Повторяю: Атлас.
Пилот «М-Си-141», все еще кружащего над ними, передаст сообщение, что «рейнджеры» приземлились и вступили в бой. И на стратегических картах Пентагона и Белого дома появится новый флажок.
Он вернул радисту передатчик и вслушался в шум сражения. Теперь повсюду в грохоте автоматной и пулеметной стрельбы все отчетливее слышалось, как подает голос оружие «рейнджеров». Десантники вступили в бой.
ПЕРЕДВИЖНАЯ РАДАРНАЯ УСТАНОВКА ЗЕНИТНОЙ БАТАРЕИ «КАКТУСОВ», ПЕЛИНДАБАИспуганный сиреной газовой атаки, единственный капрал, оставшийся у зашкалившего и уже совершенно бесполезного радара управления огнем батареи «кактусов», стащил наушники и вскочил со своего сиденья. Его комплект химзащиты остался в казарме! Он кинулся к заднему люку.
Но не успел капрал добраться до него, как люк открылся и южноафриканец с удивлением обнаружил на фоне ночного неба какой-то силуэт. Странно, но он, похоже, никогда прежде не видел такой формы…
Три выстрела из «М-16» отбросили оператора радара обратно в машину; из простреленной груди брызнула кровь.
Сержант «рейнджеров» опустил винтовку, сорвал кольцо с осколочной гранаты, бросил ее внутрь и быстро захлопнул люк.
Ба-бах! Командная машина батареи «кактусов» немного качнулась и замерла — вся ее электроника разлетелась в пух и прах, хотя тарелка локатора на крыше все еще продолжала вращаться.
Низко пригнувшись, сержант быстро побежал по открытой лужайке перед главной лабораторией Пелиндабы. Над его головой свистели пули — стреляли издалека, из бункера на северной оконечности комплекса. Он упал на землю, прячась за рядами тощих деревьев. Шальные пули срывали с них листья, которые медленно опускались на головы пятерых десантников, поджидавших своего командира. Двое держали 84-миллиметровое безоткатное орудие «Карл Густав М-3»[18].
— Сделал их?
— Ага. — Стрелок любовно похлопал своего «Карла Густава» по стволу. — Задал им перцу.
Сержант чуть приподнял голову: три ракетные установки зенитной батареи «кактусов» были охвачены дымом и огнем. Пока он смотрел, одна из горящих установок взорвалась, полыхнув ослепительно-оранжевым пламенем. Должно быть, ракета, подумал сержант.
Пора докладывать обстановку. Он обернулся в поисках радиста.
— «Бродяга-один-один», говорит «Браво-два-четыре». «Диабло» один, два, три, четыре и тарелка приказали долго жить.
Противовоздушная оборона Пелиндабы была уничтожена.
КАЗАРМЫ 2-Й РОТЫ, 61-Й ТРАНСВААЛЬСКИЙ СТРЕЛКОВЫЙ БАТАЛЬОНКрасные, мерцающие отблески от пылающих зданий и боевых машин неярко освещали внутренние помещения казарм, где царили хаос и неразбериха. Полуодетые солдаты метались по комнате, поспешно натягивая защитные костюмы, выданные им только вчера. Те, что были пошустрее или лучше подготовлены, уже собрались и теперь проверяли оружие непослушными руками, одетыми в перчатки. Среди сгрудившихся солдат шныряли младшие командиры, пытаясь навести хоть какой-то порядок, прежде чем повести свои отделения и взводы в бой.