Смотрю в них и не могу понять, почему не вижу подвоха и лжи? Это не может быть правдой. Я не верю… Не верю!
— Хорошо, Ной. Я тебя услышал. Теперь хочу послушать Аврору.
— А что меня слушать? Я же сказала, он опоил меня. Зельем подчинил и силой взял в жены.
— Любишь его? — Неожиданно спросил отец.
А вот это плохо. Очень плохо. Никогда не умела врать. Но если сейчас не сделаю этого, развода мне не видать.
— Нет, — твердо отчеканила я, но в глаза ни морскому царю, ни Ною не посмотрела.
— Хм, — задумался он, — по закону я могу вас развести через три месяца. За это время вы все хорошо обдумаете и примете правильное реш…
— Если ты разведешь нас в ближайшее время, я вернусь домой, — выдала я, как на духу.
Водяной резко развернулся ко мне и его перепуганный взгляд буквально кричал «Ави, не надо!».
«Ты сделал мне больно!» — мысленно отвечала ему я.
Глаза отца блеснули победным светом. Он услышал то, что так давно хотел услышать. Дочь возвращается домой.
Он взглянул на меня, потом на испуганного Ноя и задумался. Он молчал несколько секунд, обдумывая решение.
— Твоя взяла, — наконец ответил он, и Ной тяжело выдохнул, понимая, что проиграл. — Но у меня тоже есть свои условия.
4.3
Я была готова к тому, что отец не согласится помочь, не потребовав что-то взамен. Но вот чего именно он попросит, я не знала.
— Много лет назад я сдуру продал одну вещь, которая была очень дорога мне. Я хочу ее вернуть, — сказал папа.
Я стояла, глупо моргая глазками, не понимая, к чему он ведет.
— Верни мне эту вещь, и ты свободна! — Весело произнес он.
Все не так плохо, как я предполагала. Если конечно он помнит, кому ее продал и что это за вещь такая.
— Я могу узнать, о чем идет речь?
— Это монета, — ответил отец.
— Монета? — Удивилась я.
Ладно, допустим.
— И кому ты ее продал?
— Кикиморе, что живет на границе с северными землями у Лешего во владениях.
Я нервно хохотнула.
— То есть я должна обойти полсвета, чтобы вернуть тебе какую-то монету? — Разозлилась я.
— Нет, конечно, ты не должна, — улыбнулся отец, и озорные, маленькие волны заплескались в его глазах, — ты можешь не ходить. Подождешь три месяца, поживешь с мужем и получишь свой развод.
Он играет со мной. Бросает мне вызов. Смотрит в упор, ожидая моего ответа. Думает, струшу. Думает, не возьмусь за это. Возможно, та папочкина Аврора не рискнула бы. Но я уже давно не та…
— Ладно, я найду эту чертову монету и принесу ее сюда, — я уже хотела было уходить, но отец остановил.
— Погоди, ты не дослушала…
— Ну что еще? — Не выдержала я.
— Я не могу тебя отпустить одну…
И с чего я взяла, что отец изменился и наконец, разглядел во мне самостоятельную личность? Конечно, он сейчас облепит меня со всех сторон своими воинами и отправит в "свободное плавание". А я на шаг от них отойти не смогу. Будут по пятам ходить, как хвостики.
— Кто бы сомневался, — обреченно выдохнула я.
— По закону, на данный момент ты состоишь в браке, и было бы несправедливо отпускать с тобой чужих мужей. Пусть твой тебя и оберегает в этом неблизком путешествии.
Сделать выражение лица отстраненным не удалось. Представляю, возникший ужас на своем лице и красные щеки от постепенно вспыхивающей ярости.
"Нет-нет-нет! Только не это! Не пойду никуда с ним! Не хочу! НЕ ПОЙДУ!" — кричала моя гордость.
— Ладно, — стиснув зубы, ответила я отцу, понимая, что избавиться от Ноя легче, чем от десяти охранников.
Нам были даны четкие указания, где искать Кикимору и собственно папино сокровище. Перед этим долгим и напряженным походом я заглянула домой, чтобы собраться и решить, что делать со Златой.
— А если бы отец тебя не отпустил? Так бы и померла от голода бедная рыбонька, — причитала подружка, — и никто бы мои тоненькие косточки не закопал бы на дне акияна, — вопила она.
— Успокойся, никто тебя оставлять не собирался.
— А сейчас? — Вылупила на меня свои маленькие кругленькие глазенки.
— Я решу этот вопрос!
— Ой, шо ж со мной бедовой будет? Хто ж кормить придет рыбонькууууууу, — выла Злата.
— Хватит рыдать, — забрасывая вещи в рюкзак, раздражалась я. — Ты предлагаешь мне оставить все как есть и три месяца терпеть этого негодяя рядом?
— Та ты шо? НикоГда! Иди и покажи этому клещу, где синий кит обитает! Ты только меня пристрой куда-нибудь. Шоб поуютней только, — состряпала жалостливое лицо моя ручная пиранья.