Мысль о том, что я смогу завести детей с другим мужчиной не хотела влезать в мою голову. Я вообще боюсь представить, что там за кандидат. Осьминог? Морской конь или рыба-пес? Хотя какая теперь разница? Водяной сдался. Отпустил меня. Наверное нежится сейчас в объятиях какой-нибудь нимфы по имени Ника. Желудок скрутило от этой мысли.
Что ж, пусть и у меня будет жених. И неважно кто. Мне теперь все одинаковые. Все равные. Пусть будет тот, кого выбрал папа. Хоть его порадую на старость лет…
— Хорошо, — согласилась я и обречённо посмотрела на него.
Отец недоверчиво поднял брови и так внимательно изучал меня, будто ожидал, что я передумаю. Но я не шелохнулась в своём решении. Да будет так.
— Вот и прекрасно, устроим светлый приём, пригласим знатных гостей… вобщем праздник организуем в честь помолвки, — Продолжал царь и так странно поглядывал на меня, ждал возражений что ли.
— Ладно, — пожала плечами. — Будет, как скажешь.
— Ну все, тогда решено! Завтра выберешь себе лучший наряд у портних. Какой только захочешь.
— Угу, — махнула головой, соглашаясь.
Решил все сделать красиво на берегу, по-человечески, как говорится. Что ж, это хорошая идея. Глотну напоследок свежего воздуха, ведь неизвестно, когда я теперь смогу это сделать.
11.2
К празднику папа подошёл с исключительным фанатизмом. Если бы я организовывала этот праздник, я бы не использовала столько золота и жемчуга в оформлении. Слишком вычурно смотрится, будто замуж за Кощея выхожу, не дай, Сказка! Хотя мне абсолютно все равно кто он, хоть тина морская. Плевать.
— Почему не оделась ещё? — Заглянул отец в мою опочивальню.
— Не знаю, что надеть, — пожала плечами, сидя на кровати с кучей одежды у ног.
— Ты не против, если я выберу? — Вошёл в кураж мой родитель и азартно подмигнул мне.
Ему явно нравится принимать участие в подготовке, что ж, я не против.
— Что насчёт этого? — Нырнул в шкаф он.
Я ожидала, что он достанет оттуда что-то ослепительно яркое, с ног сшибающее. Но, нет. Он держал в руках мамино свадебное платье. Простенький белый сарафанчик, с рукавами — фонариками.
Мама любила периодически жить на суше. Видимо, мне от неё передалась любовь к наземному миру. Отец построил этот дом для неё и они вместе жили здесь по нескольку недель пару раз в году. Свою свадьбу тоже играли, как говорится, по-человечески.
Здесь все напоминает о ней. Все пахнет ею.
Я провела пальцами по нежному шелку и прикрыла глаза воскрешая ее в своей памяти. Кадр за кадром проносились в моей голове напоминая о том, что в моей жизни, в моем детстве семья была полной.
— Мне тоже ее не хватает, дорогая, — присел рядышком отец обнимая за плечи. — Знаешь, почему мне так дорога эта безделушка? — Он достал из кармана монету и повертел ее в руках.
— Почему?
Я уставилась на серебрянный пятак, истинно желая узнать правду.
— Когда мы были еще молоды с твоей матерью, любили путешествовать по Сказке. В разных местах побывали, даже в тех, где еще ни разу не ступала нога сказочного героя. В одном забытом месте мы набрели на одинокую избу посреди пустыря. В ней кузнец жил. Монеты ковал. Подружились мы с ним, даже пару дней погостили у него. И на память он выковал мне твою мать на серебре.
Я непонимающе взглянула в глаза отцу, а потом, ища подтверждение, бросила взгляд на предмет обсуждения.
И как я раньше этого не замечала, ведь на лицевой стороне действительно изображена моя мама.
— Когда ее не стало, я долго тосковал, — продолжил свой рассказ родитель, — по-пьяне забрел к Кикиморе и там ее пропил. А когда спохватился, так стыдно стало, что и носу своего больше не совал к ней.
— Почему раньше на рассказал?
— Не был уверен, что найдете. Столько лет прошло. — Выдохнул отец. — А вы вон, как постарались. Видимо, очень развестись хотели, — прищурился папа.
— Видимо… — прошептала я.
А ведь правда хотела. Желала этого больше всего на свете, а что сейчас? Сижу у разбитого корыта, как бабка рыбака. И ведь, в точности как она, получила желаемое. Да все не то.
— Ну, ты одевайся, я буду ждать тебя во дворе. Гости, поди, уже собрались.
Я сделала то, о чем отец попросил — привела себя в порядок и спустилась во двор. Народ и в правду уже стекался на праздник. В основном были только подводные жители, с которыми мы едва знакомы. Сомнений не осталось в том, что жених тоже из наших. Только бы не осьминог…
Мило улыбаясь приглашенным, прошла к столу, за которым отец общался со своим старым знакомым. Они рассказывали друг другу только им понятные шутки и громко смеялись, не обращая внимания на остальных гостей.