А тут ещё ездить вокруг. Зачем, если я водяной?
Задолбали!
Я толкнул велосипед в воду. Он не утонул. Повинуясь моей воле, вода подхватила его, как пушинку, и плавно, даже не создавая волны, понесла на другой берег, прямиком к моему дому.
Мой верный железный конь совершил своё первое чудо, переплыл озеро и попал на другую сторону, на огород.
Закончив с велосипедом, я шагнул следом.
Мир изменился. Звуки стали глухими, цвета — приглушёнными, сине-зелёными. Я погружался всё глубже, и давление нарастало, но моему телу было всё равно. Я дома. Вода обнимала меня, принимала, становилась частью меня, а я — частью неё. Я пронёсся пару сотен метров, двигаясь вдоль дна, нашёл большой плоский камень, покрытый скользким слоем водорослей, и сел на него, скрестив ноги.
Усевшись на нём, я замер. Как древняя подводная статуя. Вокруг суетились рыбки, пара любопытных окуней ткнулась мне в ногу, но я не обращал на них внимания. Здесь, в тишине и покое водной толщи, я мог наконец-то подумать.
Будучи водяным, я могу находиться в воде неограниченно долго, так что меня тут никто не потревожит.
Всё сплелось. Эта мысль билась в голове, как пойманная птица. Но это было неправильно. Так думать — значит, идти на поводу у хаоса. Нужно было найти отправную точку. И этой точкой мог быть только я сам.
Чего я хочу?
Глава 20. Отправная точка
Этот простой вопрос прозвучал в моём сознании с оглушительной ясностью. Я здесь не по своей воле. Меня выдернул из небытия волчок, убил в прошлой жизни, отправил к Берендею и в длительный путь. Допустим. Но у меня есть и свои цели. У меня есть желания. И чтобы выжить и победить в этой мутной игре, я должен отталкиваться от них. Это и есть отправная точка моей логики — это то, чего в этом переплетённом конфликте хочу я.
Так чего же я хочу?
Доступ к мегалиту. Эта мысль была самой сильной, самой настойчивой. Он отверг меня, но это лишь разожгло желание. Контроль над ним сделает меня не просто духом этого озера. Он сделает меня локальным «королём». Хозяином этого маленького, забытого богом мирка. Мегалит — это алтарь. Это пульт управления реальностью в радиусе нескольких десятков километров. Я смогу излечить его. И через него — излечить эту землю. Сделать воду чистой, живой. Заставить сады плодоносить. Вернуть людям надежду. А ведь это и есть моя конечная цель.
Я — Водяной. Моя природа — созидание, процветание, жизнь. Я не терплю запустения, гниения. А здесь, в Колдухине, всё было пропитано смертью. Если волчок призвал меня сюда, то, скорее всего, именно для этого. Чтобы я, как стихийный дух, провёл здесь генеральную уборку. Очистил землю и воду.
Значит, цель ясна: мне нужен контроль над мегалитом. Для этого я должен быть признан им в качестве «хозяина земли». Что для этого нужно, по человеческим законам? Право собственности. На землю, где он стоит. На этот никому не нужный, мёртвый кирпичный завод.
А владелец завода, единственный его акционер, Виктор Котляров, лежит сейчас наверху, в каланче. Раненый, без сознания. Почему он прятался ото всех? Что с ним случилось? Он явно был участником той самой перестрелки у озера. Зачем? Что он там делал?
Я сидел на дне, и в холодной, прозрачной воде моего сознания начали выстраиваться в ряд разрозненные факты. Как льдинки, всплывающие на поверхность.
Факт первый: Котляров, владелец завода, хотел его восстановить. Это была его мечта. (Слова Хана).
Факт второй: Он не просто хотел. Он скупил акции. Он стал «хозяином земли» по закону. (Слова дяди Толи и Хана).
Факт третий: Он пропал. Примерно в то же время на заводе появились сектанты с липовым, скорее всего, договором аренды. (Слова Хана и Дениса). Но сам Котляров, увидев меня, посчитал сектантом, то есть знал про секту и не боролся с ней. Не потому ли, что они тут действительно легально.
Факт четвертый: Дети Хана говорят, что ничего не видели, из машины не выходили, сразу уехали, как только всё стихно. (Разговор с детьми Хана). Но они явно, что-то скрывают.
Факт пятый: Кикимора Тамара сказала, что не видела перестрелку, потому что была в школе, улаживала проблемы дочерей. Но она соврала. Я чувствовал её ложь. Она не могла соврать мне напрямую, я сильнее её, но всей правды она не сказала. (Разговор с Тамарой).
Факт шестой: Шарпей, специалист по легализации криминальных денег, зачем-то припёрся в эту глушь. И тоже пропал по результатам перестрелки. Вместе с чемоданчиком. Труп его на найден, но статус не ясен. (Слова Дениса).