Стеррен хотел запротестовать, но тут же передумал. Ведь Вонд все равно говорил по-этшарски, никто из крестьян его не понимал. Данное обстоятельство ворлок совершенно упустил из виду.
— Мне потребуются слуги. Каждому, кто захочет работать на меня, надо подойти к моему дворцу и немного подождать! Приходите, когда пожелаете, и я найду для вас место!
По толпе прокатился недоуменный шепот.
— А сейчас я хочу объяснить вам, почему подлинным правителем Семмы являюсь я, а не выживший из ума старикашка, величающий себя королем.
Вонд воздел руки, и грязь на площади пошла рябью. Камни и сломанные стропила поднялись в воздух, мгновение повисели и со свистом умчались. Грязь разделилась на воду и землю, после чего вода немедленно испарилась.
Через несколько секунд рыночная площадь оказалась сухой и чистой. Под босыми ногами крестьян оказалась прекрасно утрамбованная мостовая
Стеррен с восхищением наблюдал за происходящим. Ему даже показалось, что лица людей посветлели, а их одежда стала заметно чище — грязь и пыль были стерты с них по мановению руки Вонда.
Порыв ветра поднял обломки, перегородившие одну из улиц, и, скатав их в огромный шар, унес прочь.
Таким же образом была очищена еще одна улица, а за ней — следующая.
Через двадцать минут Вонд убрал все обломки, оставив стоять более или менее сохранившиеся дома, и без остатка снес те здания, которые, по его мнению, ремонту не подлежали.
К сожалению, на месте осталась всего лишь половина поселения, да и то большинство построек лишилось окон, крыш, дверей, а у некоторых были сильно повреждены стены.
Вонд критическим взором окинул плоды своих трудов:
— Это — только начало.
И снова воздел руки к небесам.
Теперь обломки, уплывшие вдаль, возвращались обратно. Дерево, камень и тростник отделились друг от друга и, образовав ясно оформленные группы, зависли над поселением.
Непригодные отходы упали на отдаленное поле. Из них образовалась довольно большая куча.
Стеррена вдруг осенило — за последнее время он не видел в небе ни единого облачка. Для зимы в Семме явление крайне необычное. Уж не контролирует ли ворлок погоду, очищая небеса и делая условия своего труда более приятными?
Когда строительные материалы были рассортированы, Вонд выбрал один из домов и подверг его всестороннему изучению.
Тростниковая крыша и оконные ставни исчезли; в остальном здание сохранилось неплохо. Вонд взмахнул рукой и масса тростника, отделившись от облака, ровными рядами улеглась на крышу.
— А как насчет ставней? — поинтересовался Стеррен.
— К дьяволу ставни! Как, по-вашему, я смогу выбрать нужное из всей этой кучи?
— Я просто спрашиваю, — сказал Стеррен, пожимая плечами.
Восстановительные работы продолжались, а Стеррен и крестьяне с любопытством наблюдали за происходящим.
Дело уже шло к вечеру, но никто не осмеливался уйти с рыночной площади.
Стеррен заметил в толпе одного из своих солдат и приказал ему доставить еду и питье. Он не забыл спросить Вонда, не хочет ли тот подкрепиться.
Ворлок ответил отказом и продолжил строительные работы.
До Стеррена дошло, что он уже несколько дней не видит, как Вонд ест. В его недостроенном дворце — совершенно точно! — никакой еды не было. Неужели он поддерживает силы своим магическим искусством?
Скорее всего именно так и есть. Стеррен предпочел не задавать лишних вопросов и выбросил эту проблему из головы. Он проследил, как солдаты раздают хлеб, воду, сыр и сушеные фрукты. Затем подкрепился сам. Его меню отличалось от крестьянского только тем, что вместо воды он пил вино.
Восстановление поселения заняло довольно много времени. Оставалось привести в порядок еще три дома, когда солнце село. Но как только угас последний луч, ворлок взмахнул рукой и в вышине запылало оранжевое зарево, хорошо осветив его строительную площадку.
Закончив ремонт последнего дома, маг опустил руки:
— Вот так!
— Весьма, весьма впечатляюще, — одобрительно произнес Стеррен.
Вонд перегнулся через парапет:
— Отправляйтесь по домам! Если ваш дом исчез, ночуйте у соседей. Я позабочусь о вас позже!
Толпа зашевелилась. Некоторые крестьяне и в первую очередь дети уснули и сейчас стали просыпаться. Однако никто не уходил. Все молча взирали на ворлока и военачальника.
— Эй! Почему вы там торчите? — заорал Вонд.
Стеррен спокойно положил ладонь на его руку:
— Они не понимают по-этшарски.
Вонд несколько секунд непонимающе смотрел на Стеррена. Затем повернулся к толпе:
— Проклятие!
— Придется вам учить семмат, — кротко произнес Стеррен.