— Много слов, — усмехнулся Макобер, — меня интересует цена вопроса. Превратиться в твоего раба? Как Амалия? Этого ты хочешь?
— Нет. Я не хочу раба. Мне нужен друг. Или хотя бы не недоброжелатель. Извини, если я создаю мага, силой почти равного себе, абсолютно неподконтрольного и непредсказуемого, — видимо, я являюсь идиотом? Но если посмотреть в зеркало — слюни изо рта у меня не текут, речь вроде как членораздельная, значит, делаю вывод — я не идиот. Так должен я защитить себя и своих близких, как ты думаешь?
— Слушай, чего ты распинаешься? Да я душу готов продать за такое могущество, за молодость, за долгие годы жизни! Смешной! Я же знаю тебя — ты не будешь злоупотреблять моим доверием и не сделаешь больше, чем нужно. Давай, давай, работай! Мне лечь, или встать на четвереньки, или захрюкать? Чего делать, говори и не томи! Мне не терпится ощутить могущество и величие! — Макобер рассмеялся, потирая руки, уселся в кресле, и уставился на Влада. — Я готов!
Влад посмотрел на радостную физиономию старика и кинул мыслеприказ: «Спать!» Макобер откинулся на спинку кресло и свесил голову на сторону, посапывая и улыбаясь во сне.
Лекарь усмехнулся такому неистребимому любопытству старика — он просто одно сплошное любопытство и озорство, и это после восьмисот лет жизни! — и подумал: «Дай бог мне быть таким же ярым и энергичным после восьмисот лет жизни… Другие люди уже в двадцать лет теряют интерес — пиво, водка, сидение на скамейке и болтовня ни о чем. А этот старик… язык не поворачивается назвать его стариком, это торнадо какое-то! Итак, поехали!»
Влад начал с физического состояния Макобера, дав ему установку на восстановление молодости. На его глазах медленно-медленно на теле магика начала натягиваться кожа, исчезли морщины, восстановился прежний цвет глаз: из серых они стали ярко-голубыми.
Влад усмехнулся про себя: «Макобер становится красавчиком, вот он почудит, когда очнется. Берегитесь теперь, кухарки и модистки! Да что кухарки — теперь ему до благородных дам добраться раз плюнуть».
Расширились слуховые проходы и утончились барабанные перепонки, простата уменьшилась, восстановив прежний объем, кости стали снова плотными и массивными — вернулся кальций, вымытый из них со временем. Как всегда неожиданно полезли новые зубы, выталкивая из кровоточащих ячеек десен старые, желтые и больные.
Кожа очистилась от пигментных пятен, которые старик прятал под пышной бородой, пропали шишки на пальцах… скоро в кресле сидел молодой человек лет двадцати пяти в дурацком звездчатом халате и с длиннющей черной бородой.
Влад усмехнулся — пусть остается этот реликт, на память старику. Захочет — сбреет, не захочет — как хочет. Секунду подумал и превратил ее в белую — иначе его никто не узнает, добавится проблем. Впрочем, новая полезет — будет черная. Захочет — сбреет.
Теперь настал момент расширения магических способностей.
Влад осторожно коснулся его магического узла своим сознанием — узел огромен, в сравнении с теми, что имелись у Марьяны и Марины, — у старика были великолепные способности.
Лекарь немного обеспокоился — вдруг не удастся расширить? Вдруг Макобер уже подошел к пределу своих возможностей? — но он отбросил панические мысли и решительно пробил первый канал к узлу, одновременно раздвигая его границы. Узел тянулся, тянулся… и стал в пять… семь… десять раз больше!