Возрос интерес к этой проблеме военных специалистов. В развитии военно-маскировочного дела в Красной Армии заметную роль сыграла Высшая школа военной маскировки, основанная в 1918 году в Москве. Школа имела свой печатный орган. Ее деятельность в научном отношении была связана с исследованием опыта Первой мировой войны в области применения маскировки и организации маскировочных работ. Этот опыт был обобщен в ряде наставлений по военной маскировке, вышедших в 1918 году.
В военно-учебных заведениях и на различных курсах комсостава Красной Армии военная маскировка изучалась как отдельная дисциплина; преподавателями были, как правило, офицеры, имевшие опыт маскировочной работы в войсках.
Разработки в этой области, проводившиеся, в частности, в Высшей школе, дали возможность в 1924 году выпустить специальное наставление. Основные требования его были проверены на учении «Маскировочный маневр».
Вслед за этим за сравнительно короткий период вышел ряд работ советских авторов, посвященных маскировке. В основном это были исследования по проблемам скрытности и введения в заблуждение. В трудах А. Диденко, П. Теплова и других специалистов подробно описывались многочисленные приемы применения военной хитрости в боевых условиях, самые различные формы и способы маскировки.
В конце 20-х — начале 30-х годов, как известно, завершается процесс выделения оперативного искусства в качестве составной части советского военного искусства. Оперативное искусство, оформившись в самостоятельную теорию, охватывало организацию вооруженной борьбы и руководство ею на театре военных действий обычно в рамках фронта (армии) в целях выполнения задач, поставленных стратегией. Появляются военно-научные труды Н. Варфоломеева, А. Голубева, В. Меликова, В. Триандафиллова, Г. Иссерсона, посвященные теории операции.
Термин «оперативное искусство», предложенный в 1927 году А. А. Свечиным, в 30-е годы прочно занимает место в военной науке. Характерно, что в эти же годы авторы военно-научных публикаций, говоря о военной хитрости, определяют ее как оперативную маскировку. Термин «оперативная маскировка» впервые появился в 1927 году в статье Н. Варфоломеева «Оперативная внезапность и маскировка», опубликованной в журнале «Война и революция». Автор подробно рассматривает слагаемые военной хитрости — скрытность и введение в заблуждение, представляя их компонентами оперативной маскировки.
В последующем термин «оперативная маскировка» широко используется в военной печати и военно-теоретических трудах. В вышедшей перед войной Инструкции по оперативной маскировке были определены основные способы достижения внезапности. Среди них: скрытность подготовки операции, умелый выбор направления главного удара (там, где противник его меньше всего ожидает), быстрота и решительность подготовки и ведения операции, удачное использование оперативной маскировки. При проведении последней предусматривался показ противнику ложных мероприятий при одновременном полном сокрытии действительных.
Серьезное внимание военной хитрости и внезапности уделялось до Второй мировой войны в армиях основных капиталистических государств. Германская стратегия «молниеносной войны» («блицкриг») предполагала не только обеспечение стратегической внезапности, но и вероломство, попрание норм международного права, использование преступных методов ведения войны. Германским уставом «Вождение войск» 1933 года для обмана противника предусматривалось сдерживающее ведение боя, а демонстративные бои должны были вводить противника в заблуждение.
В Англии и США разрабатывалась стратегия «непрямых действий». Одна из первых работ по этой стратегии вышла в 1929 году под названием «Решающие войны прошлого». В войне цель «непрямых действий» состояла в том, чтобы ослабить сопротивление противника прежде, чем пытаться преодолеть его. Это, по мнению Б. X. Лиддел Гарта, лучше всего достигается выманиванием противной стороны из занимаемых ею оборонительных позиций. Суть же «непрямых действий» выражалась в стратегическом девизе: «Озадачивай, вводи в заблуждение и захватывай врасплох».
В ст. 9 полевого устава японской армии говорилось: «Внезапность по отношению к противнику дает возможность добиться над ним победы. Необходимо, учитывая положение противника, смелым замыслом, неподражаемой изобретательностью и быстрым маневром обеспечить овладение. Нужно внезапно обрушиться максимумом сил на противника, не дав ему возможности принять контрмеры». Военная хитрость, хотя она прямо и не называлась в уставе, являлась основным принципом руководства боем. Требовалось, «непрерывно удерживая и обеспечивая за собой инициативу, вынудить противника принять неожиданный, решительный бой в непредвиденном для него месте и в неопределенное для него время и таким образом достигнуть своей цели».