Я поднял бокал, показывая, что пью за его здоровье. Он поднял свой, наши глаза встретились, и я почти поверил, что у нас с Гейбом, наконец-то, все наладилось. Напиток был теплым, довольно мягким и имел привкус прошлого.
— Тебе надо кое-что сделать, — сказал Гейб.
Он стоял перед картиной Ван Дайна, изображавшей развалины в Пойнт-Эдварде. Знаете, темные руины, а над ними красно-золотые кольца и скопление серебряных лун. Таким его нашли после нападения.
Кресло было удобным, даже сверхъестественно удобным, «Туманящий» — превосходным. Такой эффект всегда возникает от объектов, которые не существуют в реальности. Некоторые говорят, что совершенство портит иллюзию, что воспроизведение с кристаллов могло работать лучше, если бы физические ощущения были приглушены или имели какой-нибудь дефект, как в реальности.
— Что именно? — спросил я, полагая, что Гейб собирается попросить меня разумно вести дела поместья, следить, чтобы деньги шли на благое дело, не транжирить их на скиммеры и женщин.
Он помешал кочергой в камине. Пламя взметнулось ввысь, из-за решетки тяжело вывалилось полено, облако искр взлетело и растаяло. Я ощущал на лице жар.
— Как это случилось? Сердечный приступ? Проблемы с зафрахтованным кораблем? Меня переехало такси по дороге в космопорт?
Я не мог удержаться от улыбки, видя любопытство кристаллокопии.
— Гейб, корабль так не вышел из прыжка.
— Ну какой сукин сын! — сначала у него вырвался смешок, потом он разразился хохотом. — Значит, я погиб в обычном пассажирском рейсе!
Я тоже засмеялся. «Туманящий голову» согревал мой желудок, и я снова наполнил бокалы.
— Смешно, — сказал он.
— Самый безопасный вид путешествий на один пассажиро-километр, — заметил я.
— Будь я проклят, если еще раз сделаю такую ошибку. — Однако его смех затих, и последовало долгое молчание. — И все же мне бы хотелось увидеть.
Я ждал продолжения и, поскольку он молчал, подтолкнул его:
— Увидеть что? Что ты искал?
Он отмахнулся от вопроса.
— Сказать тебе честно, я чувствую себя не совсем удобно, делая все это. То есть, было бы порядочнее, если бы люди не болтались тут после того, как… — Он помахал рукой в воздухе, подыскивая подходящее слово: — Ушли в лучший мир. — Его голос звучал неуверенно. Растерянно. — Мне пришлось принять меры предосторожности. — Его глаза округлились. — Ты помнишь Хью Скотта?
Я немного подумал, потом ответил:
— Нет.
— Полагаю, у тебя не было причины его запомнить. А как насчет Терры Нуэлы? Это ты помнишь?
Разумеется. Терра Нуэла была первым поселением, основанным за пределами Солнечной системы. Ее построили на горячей скалистой планете, вращающейся вокруг Беты Центавра, и конечно, сейчас это всего лишь дыра в пустыне. Именно туда Гейб впервые взял меня с собой на раскопки.
— Да, — сказал я, — самое горячее место из всех, какие я видел.
— Скотт тоже участвовал в том путешествии. Я подумал, что ты можешь помнить его. После захода солнца он водил тебя на прогулки.
— Допустим, — я смутно припомнил крупного, бородатого человека. Правда, в том возрасте мне все казались большими.
— Если бы ты увидел Скотта сейчас, ты бы его не узнал.
— Здоровье? — спросил я. — Супружеские проблемы?
— Нет. Ничего похожего. Около трех лет назад он вернулся из разведывательного полета. Вернулся мрачный, озабоченный, сбитый с толку, совершенно не похожий на себя. Как я подозреваю, психиатр мог бы прийти к выводу, что он подвергся глубокому изменению личности.
— И что?
— Он находился на борту «Тенандрома», большого нового корабля космической разведки. Они увидели нечто очень странное в Даме-под-Вуалью.
— Что именно?
— Он не захотел мне рассказать, Алекс. Ни в чем не признался.
— Тогда это просто твои догадки?
— Я знаю, что они увидели. Или, по крайней мере, думаю, что знаю. Я как раз летел туда, когда…
Он не смог продолжать, замолчал и махнул рукой, указывая на потолок.
— И что, по-твоему, они увидели?
— Не уверен, что могу много тебе рассказать, — вздохнул Гейб. — При таких передачах всегда существует проблема безопасности. Тебе тоже не захотелось бы, чтобы все вышло наружу.
— Почему?
— Поверь моему слову.
Гейб снова сидел в своем кресле и потирал лоб, как обычно это делал, стараясь что-то рассчитать.
— Тебе придется вернуться домой. Мне очень жаль, но по-другому нельзя. Все, что тебе нужно, находится у Джейкоба. Это в файле «Лейша Таннер». Адвокаты сообщат тебе шифр к информации. — Лицо Гейба помрачнело, и он вскочил с кресла. — Чертовски досадно пропустить такое, Алекс. Я тебе завидую.