Несмотря на солнечный день, сегодня было морозно — градусов под тридцать. Однако ледяные гончие умудрялись источать ещё более жуткий холод. Даже касаться их было болезненно, левая рука ниже локтя у меня уже начала опасно неметь.
Сгруппировавшись, я с рёвом выплеснул мощную волну эдры, сбрасывая с себя два мёртвых тела. Кое-как поднялся, вцепившуюся в руку тварь несколько раз долбанул по башке, пытаясь высвободиться. Промёрзлый полуголый череп хрустел под ударами, но пока не поддавался. А трое оставшихся на ногах войхулов тем временем уже подтягивались ко мне — неотвратимо и почти бесшумно, только снег скрипел под лапами.
Это их безмолвие тоже здорово нервировало. Тут один я хрипел, рычал, матерился, раздавая удары. А ледяные твари молча пёрли на меня, как заводные куклы. И не похоже было, что они хоть немного боятся меня, хотя я уже перебил половину их стаи.
Впрочем, и бездумно бросаться на меня они теперь не спешили. Закружили на расстоянии в несколько шагов, оттесняя к дереву. Один из них, широко расставив лапы и пригнув уродливую башку к земле, вдруг с шипением раскрыл пасть. Но вместо воя наружу вдруг вырвался конус этакого белого дыма или скорее пара, хлестнувшего мне по ногам мелкими ледяными брызгами.
Я едва успел отпрыгнуть назад, заслонился вцепившимся в руку мертвяком, как щитом. Но всё равно меня успело здорово обжечь холодом — ноги занемели даже под несколькими слоями штанов, и начали подкашиваться.
Выпущенная войхулом волна была короткой, но, похоже, не единственной. Они все втроем надвигались на меня, рассеявшись дугой и раскрывая пасти…
Взлетать? Придется переключиться на Аспект воздуха. А челюсти мертвого войхула до сих пор давят на руку — я её уже едва чувствую и из-за холода, и из-за стискивающих её зубов. Сброшу Боевую форму — эти жуткие челюсти точно пробьют плоть до самой кости, а то и руку оттяпают напрочь.
— Огонь! Они все боятся огня! — выкрикнула Албыс, зависая в воздухе рядом со мной.
Я швырнул Чёрный шип в ближайшего пса. Тот успел увернуться, но сбил подготовку к ледяному дыханию. Я же вцепился в мертвые челюсти войхула свободной рукой, щедро вливая в пальцы эдру — так, что начал выламывать куски кости, как корки сухого хлеба. Мне удалось, наконец, высвободиться и длинным прыжком уйти назад — все трое войхулов, шипя, как пробитые баллоны, выпустили в меня струи ледяного дыхания.
Морозная белая дымка, которую они источали, уже заволокла всё вокруг, стелясь по земле, как пар. Холод невидимыми, но цепкими щупальцами обволакивал меня, обжигая, мешая двигаться. Я вспомнил про защитный «пузырь» и врубил его, но это мало помогло. Пальцами на левой руке я вообще не мог пошевелить, ступни тоже не чувствовал, кожа на лице занемела, как маска.
Огонь…
В мой меховой «скафандр» были вшиты небольшие кристаллы жар-камня — не очень горячие, просто помогающие сохранять тепло. Я их сейчас даже не чувствовал — настолько замёрз. Но для того, чтобы перехватить Аспект, мне хватит.
От жара, хлынувшего из грудного узла по всему телу, я заорал в голос. Однако эта боль заодно и подстегнула меня, будто сбросила повисшие на мне ледяные оковы. И я снова ринулся в атаку, выпуская излишки огня наружу в виде этакой огнемётной струи.
Кажется, впервые за всю схватку войхулы выказали какое-то подобие страха. По крайней мере, они попятились.
Я широкой дугой пламени отпугнул всех троих, заставил присесть на задние лапы. Основательно прижечь успел только одного — на которого наскочил с ходу. Направил поток огня прямо ему в морду, и тот замотал башкой, заваливаясь назад. Дальше мне пришлось самому сбрасывать Аспект, потому что он уже начал обжигать меня самого — даже рукав кухлянки затлел, источая вонь жжённого меха.
Снова перекинулся в боевую форму и рванул в атаку — со всей яростью и скоростью, на которую способен. Пока войхулы не оправились от огненной плети, покромсал их от души, одного вообще разорвав на две половины.
Закончился бой даже как-то неожиданно — я вошёл в раж и кружился волчком на месте, выискивая новых противников. Но все шесть гончих валялись неподвижно, как изломанные куклы, и над ними продолжал виться морозный пар — будто дымок от почти затухших костров.
Я на всякий случай прошёлся, и каждому всадил этакий «контрольный в голову», добивая уже наверняка. У одного от удара оторвало башку, и я, подобрав её, прицепил сзади на пояс, на крюк для трофеев. Надо будет показать Дарине.
Переключился на Аспект Исцеления. Ранений у меня не было — Укрепление защитило от клыков и когтей. Однако обморозился я изрядно, а потом ещё и обжегся из-за применения Аспекта Огня.