— Но всё-таки — как же быть с теми, кто за стенами остался? — подскочил со своего места грузный пожилой мужчина, нервно сжимающий в руках шапку. — Я староста села Туталы. И у нас много кто вчера уйти к крепости не успел. А кто и не захотел хозяйство бросать. И думаю, во всех деревнях так же…
Его тут же поддержали, снова поднялась волна выкриков.
— Да в Пышкиных юртах, почитай, половина народа дома осталась!
— И в Белом яре так же!
— А из Байгалы караван так и не дошёл. Похоже, из-за метели в пути где-то застряли.
— Что ж теперь, их всех бросить?
— А что предлагаете-то? — огрызнулся Погребняк. — До тех же Тутал — несколько часов ходу, тем более после такой метели. Высунемся за стены — будем барахтаться по сугробам, как тетери. То-то Стылые обрадуются такой добыче!
Гражданские чуть притихли, но смотреть продолжали недовольно, настороженно.
— Все, кто хотел и мог спастись — уже здесь, — отрезал есаул. — Остальные… может, ещё выберутся с божьей помощью. А может, Стылые на острог отвлекутся, и не будут по тайге шастать.
— Но сколько мы здесь продержимся? — снова вмешался Филимонов. — Люди в спешке бежали, многие налегке. Но когда мы спрашиваем насчёт продовольствия — гарнизонные на нас только рявкают, будто мы попрошайки. Но если надо — мы и заплатить можем.
— Мы ж не для себя просим! — поддакнул кто-то. — Бабы же с нами, ребятишки…
— Да дайте хоть выдохнуть чуток! — в сердцах выматерился Погребняк. — Вас для начала разместить надо толком, пересчитать. А к вечеру уж и выдачу пайков организуем. Или завтра к утру. Вас ведь за одну ночь больше двух тыщ ртов набежало! Надо теперь думать, как продовольствие будем растягивать. Где изыскивать…
Он покосился на Путилина, и тот ещё больше помрачнел. Я сразу сообразил, что к чему. Если Кречет прав, и на складах крепости серьёзная недостача продовольствия, то такую ораву гражданских мы не прокормим и неделю. И судя по поведению Погребняка, всё даже хуже, чем мы предполагали.
А значит, совсем скоро все обратят внимание на нас. На тот груз, что предназначен для Ачинского острога. Ну, а самое главное — на запасы самой Священной Дружины. Мы-то везём с собой прорву всяких консервов, вяленого мяса, сухих пайков. Вообще, продовольствие составляет сейчас большую часть нашего груза.
Однако если мы эти запасы раздадим сейчас, то вся экспедиция сорвётся.
Перед Путилиным нависла серьёзная дилемма. Я чувствовал по его состоянию, что он в смятении. Впрочем, его можно понять. Он, прежде всего, сыщик и охотник на чудовищ. Да, ему доводилось командовать людьми, в том числе на опасной работе. Но сейчас приходится брать ответственность за жизни сотен обычных людей.
Представители гражданских продолжали выкрикивать со своих мест. Вокруг стола снова стало шумно, как на базаре, причём каждый норовил высказать о своём, наболевшем. Тут же спорили, огрызались. И, учитывая, что большинство собравшихся были мне незнакомы, вообще сложно было понять, кто в какую сторону воюет.
— Да мы ж не для себя просим! — снова выкрикнул кто-то жалобно. — Ребятишек бы накормить…
— И может, всё-таки пробиться на запад? Пока не поздно — хотя бы баб с детьми отправить в сторону Томска…
— Ага, умник выискался! Пешкодралом попрут, что ли? Без припасов? Без охраны?
— Ну почему, отряд в охрану поставить…
— А тут кто отбиваться будет?
— Да это надо было сразу на рассвете делать, как метель утихла! Сейчас уже поздно. Пока собираться будем — Стылые уже в ворота постучат.
— Вон, братья Турухановы ещё затемно на собачьих упряжках всем своим табором свалили. Скарб свой здесь побросали, только еды с собой захватили да самое ценное.
— Ага, и Кайгородов тоже!
— Ну так а вам кто мешал?
— А крепость тут вообще на кой? Ясак дерёте, а защиты от вас не дождёшься!
— Что ж вы тогда сюда припёрлись?
— Да кончайте вы галдеть уже! Лучше скажите — а что с добром нашим станет? С домами? С хозяйством? Кречет! Ты-то чего молчишь?
— Да! Это ведь ты нас с места сорвал.
— Ещё и дотянул до последнего! Обещал ведь, что ещё до Крещения острог за тобой будет.
— Да вы чего, мужики? Рядиться теперь будем? Атаман нас всех из-под удара вывел!
— Господин есаул, так насчёт пайков-то что? Мы вчера ещё утром к Тегульдету двинулись из Юрт. И с тех пор — маковой росинки во рту не было. А двадцать пять вёрст по снегу отмахали!
— Сказал же — всё будет! Дайте срок!
— Да хоть просто мешок-другой крупы выдайте! Мы остатки своих запасов вместе соберем, да похлебку сварим в общих котлах. Хоть немного червячка заморить, а там уже потерпим…
Я, как и остальные командиры во главе стола, пока даже не пытался вмешиваться. Только Погребняк то и дело огрызался, всё больше распаляясь. Воздух вокруг него в прямом смысле наэлектризовался из-за неконтролируемого проявления Дара. Того и гляди — жахнет молнией.