Поэтому, не найдя ничего лучше, я с головой окунулся в магию. За время пути я умудрился довести до ума идею с прототипом «Железного Человека». Теперь оставалось только выковать основу, наложить заклинания, и можно будет приступать к тестам. Функций у него пока было не так уж и много — все ради маскировки. Но, даже так, его носитель становился немного быстрее и сильнее обычного человека, получал постоянное легкое исцеление, имел возможность на расстоянии до ста метров видеть крупных живых существ.
А благодаря нескольким термо-модулям внутри доспехов должна была поддерживаться комфортная температура. Но, насколько хорошо эта идея сработает, я мог узнать лишь после непосредственно тестов. Также непонятно было насчет прочности доспеха. Я нашел в книге и модифицировал заклинание укрепления. И оно вполне неплохо работало на обычном оружии. Но вот как будет себя вести полный доспех под этим заклинанием — тоже нужно было проверять. Да и в целом, надо будет прогнать его по всяким стрессовым ситуациям. А то на бумаге оно все выглядит интересно, конечно, но вот только реальность зачастую вносит свои коррективы.
Кроме работы над костюмом, я занимался составлением «Начальной теории магии». Именно так я решил назвать свою первую книгу. Это была лютая смесь из моих личных идей, наблюдений и позаимствованных из разных источников знаний. Своей целью я поставил сделать максимально простой и понятный учебник для начинающих волшебников.
К счастью, у меня уже имелся некоторый опыт преподавания, поэтому я примерно понимал, что в первую очередь нужно начинающему магу. Правда, существовал один нюанс — книга эта писалась на русском языке. А все потому, что если на местном я еще худо-бедно читать умел, то вот писал очень медленно и очень плохо — с кучей ошибок и помарок. Даже хуже Ирвоны.
Вначале меня это сильно смущало. А потом подумал — да какого черта? Учебник все равно писать нужно. Причем, как можно быстрее. Так почему бы не сделать это на своем родном языке? Да, никто из местных не поймет. Но, как ни крути, преподавать вначале смогу только я. А там, глядишь, найдется тот, кто сумеет перевести мой опус.
Опять же, что мне мешает превратить русский в тайный язык магов? Обучить ему с десяток своих ближних и пусть себе на нем общаются. И секретность повыше будет, и безопасность, да и соответствовать надо, чего уж тут. Какое же магическое общество без своего тайного наречия? Это убережет мое будущее государство от разных неприятностей, связанных с промышленным шпионажем. Украдут, например, чертежи моих «Железных Людей», а они на тайном магическом написаны. И как их использовать?
Конечно оставался шанс утечки знаний и прямого предательства. Но, тут все зависит уже непосредственно от меня, и от того насколько хорошую команду я сумею сотворить. Да и кто мне мешает обмозговать какие-нибудь способы противодействия таким вот неприятным ситуациям? Уверен, что найдется какая-нибудь магическая возможность если и не сделать ближний круг полностью лояльным, то хотя бы немного обезопасить. Да и кто мне мешает действовать чисто современными земными методами, привязывая к себе людей не столько страхом, сколько выгодой?
Нашлось у меня время и на работу над другими вещами. Уже на второй день писанины и на третий работы над костюмом, я внезапно понял, что не могу долго сосредотачиваться на чем-то одном. Мне становилось скучно, мысли начинали путаться, количество идей уменьшалось, а внутри начинало вскипать раздражение. Вообще, после переноса в этот мир, я заметил, что стал намного более злым и раздражительным, быстрее впадал в ярость. Чем это было обусловлено я доподлинно не знал, но догадывался, что не обошлось без личности Талека. Видимо, этот юный фарс был не только скорбен умом, но и более жесток по своей сути, чем я. Вот и приходилось мириться с побочными эффектами его дурного характера, разгребая последствия вспышек ярости.
Ну да я не о том сейчас. Обнаружив, что монотонный труд меня раздражает, я решил чередовать занятия. И, как ни удивительно, но это помогло. Теперь между работой над «Железным Человеком» и написанием учебника я занимался… Ну, наверное, правильнее всего это было бы называть конструированием заклинаний. Или экспериментами над ними.
Короче, если простыми словами, то я просто брал разнообразные модули и пытался сварганить из них нечто новое. А сварганив, брал Ирвону в охапку, и сваливал вместе с нею подальше от чужих глаз на какой-нибудь укромный пустырь, на котором мы и опробовали мои разработки.
Врать не буду — чаще всего выходило или плохо, или очень плохо. Иногда не выходило вообще. А иногда — лучше бы не выходило, так как случался большой бададум и нам приходилось в срочном порядке за собою прибирать.