Воин гнал коня изо всех сил, надеясь, что успеет вырвать возлюбленную из когтей смерти. Но на середине пути Ишбель потеряла сознание, ее дыхания уже почти не было слышно. Джильслан ласково прижимал ее хрупкое тело к себе, окутывая своей неизмеримой любовью, и моля всех богов дать ей шанс выжить.
Наконец, показались плакучие ивы, окружавшие лесное озеро. Джильслан поднял Ишбель на руки и, охваченный сильной тревогой, устремился к воде. Он осторожно опустил озерную деву в тихую и прозрачную глубину, а сам склонился к самой поверхности воды и стал с надеждой вглядываться в ее черты. Но ничего не происходило – ни один мускул на ее лице не дрогнул, жабры ни разу не шевельнулись.
- Нет!.. – отчаянно и негодующе выкрикнул Джильслан, и чуть приподняв голову девушки, прижался к ее губам, пытаясь вдохнуть в нее жизнь. Однако это не помогло.
- Ишбель, милая… - прошептал он сквозь слезы. – Ты не можешь меня оставить… Ишбель, пожалуйста, борись за жизнь!.. Не отвечай молчанием на мою мольбу….
Но она оставалась безмолвна и неподвижна. Джильслан выпустил ее и резко вскочил на ноги и вскинул голову к небу; взгляд его метал молнии, а руки были плотно сжаты в кулаки.
- За что, скажите, вы отняли ее у меня? – вскричал он, охваченный сильнейшим негодованием, обращаясь к четырем богам, которым поклонялась раса людей в этом мире. – Вам было мало того, что вы разделили нас стихией?! Теперь вы решили вволю потешиться над моим несчастьем?! Я вас ненавижу за то, что вы, да-да, вы, погубили её! Если уж вы так хотели разлучить нас, то почему вы отыгрались именно на ней? Почему вы не забрали меня вместо неё?!
Джильслан скинул с плеч плащ и присел перед Ишбель, глядя на нее сквозь толщу сверкающей воды. А потом он поднял ее и крепко прижал ее к себе, уткнувшись лицом в ее мокрые волосы. Его захлестнула такая душевная боль, какой он никогда не ощущал прежде.
Находясь на грани отчаяния, Джильслан вдруг почувствовал, как в теле начинает пульсировать магическая энергия. Воин не мог контролировать ее, но все же, сосредоточившись на желаемом, он привлек всю свою волю. Джильслан не видел, как его руки, обнимавшие бесчувственную девушку, окутало слабое сияние, которое затем медленно обволокло и Ишбель. Сила, вырвавшаяся из него, была не разрушительной, а наоборот, живительной.
- Ишбель, вернись ко мне, я умоляю тебя…- шептал Джильслан, стараясь передать ей все свое душевное тепло и любовь.
Джильслану казалось, что ничто не способно вернуть к жизни его возлюбленную, но он сам только что сделал это. Вернее, это сделала любовь, крепкая, не признающая поражения. В следующий момент тело озерной девушки дернулось в его руках, глаза, полные мучительной боли, распахнулись и посмотрели на воина. Он не растерялся и тут же опустил ее под воду, чтобы она смогла дышать в своей родной стихии.
- Ишбель, ты снова со мной… - нежно прошептал он, глядя на нее сквозь толщу воды.
Она молча смотрела на него, но взгляд ее говорил яснее всяких слов. Она протянула к нему руку и его лица коснулась ее прохладная ладонь. Так и сидели дети разных стихий в тихом уединении, не открывая друг от друга теплых взглядов, говоривших, пока молчал язык.
А когда Ишбель стало легче, она вышла из воды и крепко-крепко обняла Джильслана, положив голову ему на грудь. Наслаждаясь обществом друг друга, они не заметили, как подкралась ночь, погрузив лес в мягкий густой мрак. Всю ночь воин и озерная дева провели в сладком мечтании, они разговаривали на разные темы, понимая, что потом у них не будет такой возможности, они сидели, обнявшись, на берегу и смотрели на далекие звезды. Иногда Ишбель приходилось возвращаться в глубину озера, но через некоторое время она снова выходила на берег к своему возлюбленному. Едва забрезжил рассвет, как она повернулась к нему с серьезным лицом и сказала то, что он так боялся услышать:
- Наше расставание неизбежно, Джильслан. Солнце дарит новый день, а вместе с ним каждому из нас – новую жизнь. Минуты, проведенные с тобою, самые счастливые в моей жизни, и я рада, что судьба свела нас вместе, пусть даже на столь короткий срок. Мы не должны оставаться на нее злыми, ведь она подарила нам минуты радости.
- Я не смогу забыть тебя, Ишбель.
- Но я и не прошу об этом. Я хочу, чтобы твое сердце хранило светлую память о нашей любви, но пусть она не будет препятствием в твоей дальнейшей жизни. Возвращайся в город и пообещай мне, что не станешь более искать повод, чтобы свидеться со мной.