Озеро оказалось невероятно глубоким, здесь, под водой, кипела своя жизнь. Мимо Джильслана весело проносились стайки рыб, а водоросли тянулись к нему, словно норовя пощекотать. Воин оглядывался по сторонам, мысленно взывая к озерной нимфе. Но ее не было видно; Джильслан решил, что хранительница Озера живет в каком-нибудь дворце, расположенном на самом дне. Но до дна воину было не по силам, ведь он не мог дышать под водой. Он уже начал задыхаться, поэтому поторопился вынырнуть на поверхность.
Едва его голова оказалась над водой, как он принялся жадно хватать ртом воздух. Толща воды служила для Джильслана неодолимой преградой, но он не намеревался так просто отказываться от своей пылкой любви. Поэтому он глубоко вдохнул и снова нырнул вглубь. На этот раз ему удалось продержаться под водой чуть дольше, но его попытка не увенчалась успехом. Он собрался вынырнуть обратно, но, к своему ужасу, обнаружил, что длинные цепкие водоросли крепко обвились вокруг одной его ноги, не давая возможности уплыть. Он попробовал высвободить ногу, но у водорослей была смертельная хватка, они не собирались отпускать пойманную добычу. Рука Джильслана машинально метнулась к боку, на котором висел меч, но на этот раз оружия при нем не оказалось – оно осталось на берегу.
Джильслан почувствовал, как скользкие листья нащупали и другую его ногу и в один миг завернули ее в свои листья. Воин почувствовал, как хищное растение тянет его к себе. Он уже не мог обходиться без воздуха – он и так пробыл под водой достаточно долго.
«Это конец», – в отчаянии подумал Джильслан, начиная терять сознание.
Но вдруг сквозь толщу воды он углядел знакомое лицо прелестной озерной нимфы.
– Ты… – попытался произнести он, но изо рта вырвались пузырьки воздуха и неразборчивое бурчание.
Последним, что он успел увидеть, прежде чем провалиться во тьму небытия, было то, как озерная дева пыталась освободить его от смертельных пут.
***
Джильслан пришел в себя внезапно, почувствовал невыносимую боль в груди; кто-то с безжалостной силой давил руками на его грудную клетку, заставляя его прокашляться. Когда вода покинула его легкие, он, наконец, смог поднять голову и распахнуть глаза.
– Что за выходки? – сразу обрушился на него жесткий вопрос.
Джильслан заглянул в пронзительно синие глаза озерной девушки, нащупал ее руку и, крепко сжав, прошептал:
– Мне нет жизни без тебя. Я прежде не задумывался над тем, насколько человеческое сердце способно любить. Теперь душа моя поет, когда ты рядом, а без тебя рыдает кровавыми слезами.
– Не желаю слышать подобных слов от тебя, человече, – грозно хмуря тонкие брови, проговорила Хранительница озера. – Разве ты не узрел, что мы совершенно разные, что мы дети разных стихий? Нет, не можем мы соединить свои сердца, ибо я не выживу на суше, а ты погибнешь в воде.
– Нет, я не желаю мириться с этими условиями. Я люблю тебя, как никого еще не любил в своей жизни. Любовь к тебе заставила меня забыть обо всем на свете, о том, кто я такой, как мое имя…
– Твое имя – Джильслан Меллет, ты офицер Восточной Империи, и долг твой – хранить свою воинскую честь, вернуться к своему Императору, принести ему вести, хоть и дурные.
– Но забыл я и дорогу в родной край, – упорствовал воин. – Дом мой теперь здесь, рядом с тобой. Я не могу вернуться.
– Я напомню тебе дорогу, – отрезала озерная дева. – Ты без труда возвратишься домой. Тебе стоит лишь идти на восток, не сбиваясь с пути и никуда не сворачивая. Более того, я обеспечу тебя съестными припасами и призову тебе в спутники удачу.
– Воля моего сердца противится против доводов твоего разума. Я не покину тебя, любовь моя. Нет, не проси меня уйти.
Тут черты озерной красавицы смягчились, легкая улыбка изогнула ее бледные губы. Она нежно коснулась холодной ладонью щеки Джильслана, а затем поцеловала его в лоб.
– Ты, воин, тоже вызвал во мне непонятный трепет, который доселе не был мне знаком. Ты против воли моей полюбился мне, но вместе быть нам не суждено. Расстанемся же друзьями. Ступай своей дорогой, а я вернусь в свою родную стихию, а то мне больно дышать колючим воздухом. Я не в силах долгое время находиться на суше, пойми.
– Неужели нет никакой возможности нам быть вместе?
– Ни единой, – грустно прошептала девушка. – Ты должен уйти, Джильслан.
– Видимо, придется мне тебя послушаться. Но знай, что я никогда не забуду тебя… Но как же тебя зовут, любовь всей моей души?
– Ишбель.
– Ишбель, – ласково протянул воин. – Это имя будет согревать меня.
– Прощай. Завтра на рассвете ты обнаружишь на берегу все, что я пообещала тебе.