- Ежели не затруднит, проводите нас с учеником в комнату. Мальчику необходим отдых, - попросил Велеслав и первым поднялся из-за стола. За ним вскочил Кирилл. Староста быстро-быстро закивал.
- Болеслав, отведи наших гостей в комнату, - то ли попросил, то ли приказал Прокоп седовласому предводителю стражей. Тот кивнул, отошел от стены, дождался ведуна с учеником и повел их по сумрачным коридорам дома к жилым комнатам. И страж ушел только тогда, когда убедился, что они вошли в комнату и закрылись на засов. Разумно. Хоть и ведун, а береженного боги берегут.
1.5.
Около часа ведун и его ученик провели в молчании. Они наскоро перекусили припасами, которые были в сумках, некоторое время потратили на обращение к богам, сидя напротив друг друга на коленях на полу. Обычно после этого шло отправление ко сну, но на сей раз Велеслав изменил традиции.
- Скажи мне, мой ученик, осознаешь ли ты опасность, в которой мы оказали? – говорил ведун негромко. Поднявшийся к ночи вечер своими завываниями практически заглушал его слова. Если кто-то и пытался подслушать, то едва ли ему это удалось.
- Я почувствовал угрозу. И понял, что этот староста совсем не человек, - ответил на вопрос мальчик, постаравшись говорить не громче, чем наставник.
- Все верно, - кивнул Велеслав. – Я хорошо тебя обучил. На этот раз я чувствую действительно серьезную опасность, Кирило. И совсем не уверен, что мы сможем выбраться из этого города без потерь, - ведун говорил, стараясь не обращать внимания на хмурый, непонимающий взгляд ученика. Сейчас он должен был принять слова учителя на веру.
- Дядька Велеслав, - все-таки подал голос Кирилл, - я понимаю, что мы в большой западне. Но как теперь быть?
- Я бы хотел дать тебе силу ведуна прямо сейчас, - глаза мальчика испуганно расширились. Он догадался, что, раз уж ему, двенадцатилетке сопливому, наставник готов хоть сейчас вручить ведунскую силу, то дело и правда, пропащее. – Ты пока не готов, сама богиня не примет такого моего решения. Однако я могу сделать кое-что другое. Я поставлю тебе знак ведуна. Он будет невидим, а проявится только тогда, когда ты будешь соответствовать званию ведуна. Сними рубаху.
Мальчишка нахмурился, но послушно распустил шнуровку у ворота и стащил рубаху через голову.
- Учитель, - медленно, настороженно опять заговорил Кирило, наблюдая за ведуном. Тот подсел ближе, положил левую ладонь ему над сердцем, вопросительно приподнял седую бровь. – Почему ты говоришь, будто тебя со мной завтра уже может не быть?
Велеслав не ответил. Он воззвал к Моране, зная, что богиня ответит, ведь мальчик всегда ее интересовал. Холодная, обжигающая сила хлынула в него таким потоком, какого за все свои годы ведун ни разу еще не ощущал. Точно молния ударила в макушку, растеклась трескучим огнем по всему телу. Где-то, казалось, в дальней дали, вскрикнул ученик, попытался отшатнуться, но Велеслав вовремя успел его удержать другой рукой. Больно было им обоим, но и Морана никогда не была милосердной, доброй и ласковой. Те, кому она давала свою силу, должны были быть готовы в том числе и к боли.
Холодный огонь терзал их двоих не меньше четверти часа. И, только когда поток сперва уменьшился до маленького ручейка, а после и вовсе схлынул, ведун и его ученик смогли вздохнуть полной грудью. Все это время, кажется, они вообще не дышали. Велеслав медленно опустил руку и увидел, как на груди у мальчика медленно исчезает, будто впитываясь в кожу, череп в полукружье серпа, оружия Мораны. Прошло еще несколько минут, и от ведунского знака не осталось и следа, точно его и не было. Кирилла потряхивало крупной дрожью, на лбу выступила испарина, а губы дрожали.
- Ну-ну, ты еще зареви, - по-доброму усмехнулся наставник, обнял мальчишку, прижал его к себе и погладил по взмокшим вихрам. Редко позволял себе Велеслав подобные нежности, но сегодня можно.