— Думаешь подорвать моральный дух Аватара и его команды известием о смерти старого друга?
— Не о смерти, — прядка волос с левой стороны лица девушки выбилась из причёски и упала на глаза, что заставило принцессу прерваться. Недовольно сфокусировав взгляд на помехе, она привычным движением вернула волосы в правильное положение и продолжила: — Это слишком просто. Бить нужно по самым уязвимым местам. Гибель друга его может опечалить и разозлить, но что будет, если этот друг погибнет из-за него?
— Царь Буми узнал о чуме в своём городе, и у него отказало сердце? — понял я идею Азулы. — Жестоко. Но, кстати, вполне может быть правдой… — за исключением того, что об эпидемии мы с ним вообще не говорили, но ведь «может быть», точно так же, как может и «не быть», но ведь суть не в определении истины?
— Ты против? — с некоторым удивлением спросила она.
— Нет, почему же? — откидываюсь на спинку кресла. — Прекрасная идея. К тому же подобное заявление может стать причиной серьёзного конфликта между командой Аанга и последователями Буми. Главное — чтобы на эмоциях он не вошёл в режим Аватара. Вот тогда нам не поздоровится.
— Проблема, — девушка задумчиво потеребила пальцами ручку чашки, из которой пила. — Стоит ли тогда рисковать?
— Хороший вопрос, — очередной глоток. — Но лучше это скажем мы и так, как нужно нам, заставив его испытывать муки совести, чем какой-нибудь доброхот, вызвав у воздушника совсем другие чувства и эмоции.
— Но какое нам дело до его чувств, если мы планируем закончить его «приключения» здесь? — справедливо вскинула бровь принцесса.
— А если не получится? Пылающий жаждой мщения ребёнок с силами, достаточными для уничтожения немаленькой армии — это очень неприятно. И даже теоретическая возможность такого исхода требует применения нами определённых мер предосторожности.
— И так плохо, и так нехорошо. Используем для информирования кого-нибудь, кого не жалко?
— Нет, опасно, — качаю головой. Если бы всё было так просто, как посылка парламентёра… — Лучше объявим траур. Буми, пусть и сумасшедший старик и наш пленник, но был венценосной особой, а потому его кончина — вполне неплохой повод для официального траура в рамках города. Да и нас это покажет с хорошей стороны.
— В самом деле? — ядовитого скепсиса в голосе Азулы если и не наблюдалось, то только по причине усталости. — Скорее, они будут вопить про лицемерных убийц… Я бы вопила, — чуть подумав, неожиданно поделилась она.
— Ну, — пожимаю плечами, — в любом случае мы ничего от этого не потеряем, а так, глядишь, кто-то и проникнется.
— Резонно, — кивнула девушка, делая глоток из своей чашки. — И как ты видишь проведение этого траура?..
— Есть сведения о Сокке? — Катара беспокойно ходила по выделенной для них комнатке.
— Кто-то из горожан видел, как его забирали воины огня, но больше ничего, — тяжело вздохнул Аанг, устало ссутулив плечи.
Состояние постоянной усталости стало для него привычным и родным едва ли не с момента бегства с Северного Полюса. Безнадёжность и усталость. Война… война была всюду, шла за ним по пятам, витала в воздухе дымом пожарищ, текла в реках ядовитыми потоками отходов заводов боевых машин, лежала на земле пятнами сожжённых лесов. Мирные прежде духи ярились и оборачивались против людей, заражённые безумием и агрессией. Но хуже было другое. Появлялись и духи изначально злые. Аанг до сих пор в кошмарах видел образ зловещей фигуры, объятой пламенем и эхом смертей сотен людей. Фигуры, достаточно сильной, чтобы заставить отступить Духа Океана. И этот дух служил Хозяину Огня. Или позволял тому так считать, что было ещё хуже. Аанг даже ещё раз обратился к Похитителю Лиц, но его ответ не добавлял уверенности. Среди жителей духовного мира был лишь один, кто обладал достаточной силой для противостояния Океану. И силу свою он действительно черпал из хаоса, войны и страданий. Вату. Это имя отозвалось сожалением и негодованием в самой глубине сути Аанга. Старый и очень коварный враг. Он был скован и заключён десять тысяч лет назад, но ни одно заключение не может длиться вечно, это молодой маг воздуха знал по себе. И если Вату действительно освободился… то Аанг просто не знал, что делать. Ему всего двенадцать, его не обучал Великий Дух, да и из всех стихий он действительно овладел лишь воздухом и, в некоторой степени, водой. И ему срочно нужно освоить землю и огонь. И он пытался. Раз за разом искал варианты, обходные маршруты, но с лосельвиным упрямством продолжал грызть гранит науки, порой буквально. И на третий день земля сдалась, но он всем нутром чувствовал, что до совершенства ему очень далеко, до навыков аватара Киоши в этом направлении ему ещё расти и расти. Но времени могло и не быть. Оставался лишь один выход. Режим Аватара. Но он так и не научился нормально в него входить, к тому же риск был огромным. Но ради восстановления Равновесия…