Погрузив «секретное оружие» на фрегат, мы попрощались с уставшими, но довольными инженерами (Механист очень просил отписать ему, как пройдут испытания машины) и Моришитой, что за два дня так ни разу и не прилёг, организуя одновременно быт и размещение своих новых жителей, предоставляя ресурсы инженерам (секретность, знаете ли, поэтому имеющий необходимый допуск круг лиц был весьма ограничен, что приводило к тому, что этот круг вынужден был делать по десять дел одновременно) и продолжая выполнять свои обязанности градоначальника.
— Куда прикажете держать курс, командующий Чан?
— Берите курс на юг, капитан Ли (ещё один! Я понимаю, что у нас миллионы Ли, но как-то это имя уже начинает напрягать). Наша первая цель — остров Киоши.
— Как прикажете, командор! — приложил кулак к сердцу старший офицер корабля.
Вообще, хотелось бы видеть на его месте Тандао, но фактически отбирать судно у его законного владельца, тем самым оскорблять Ли и в то же время отрывать от серьёзного дела руководства ремонтными работами на крейсере своего бывшего старпома, было… возможно, но зачем на пустом месте плодить обиды? Пусть с украшенным шрамами ветераном я через многое прошёл и его навыкам доверяю безоговорочно, но бой у нас всё-таки не планируется, а Ли, как ни крути, свой корабль должен знать лучше, чем чужой дядя, пусть и более опытный.
— Киоши? — оживилась Суюки, — ты хочешь зайти к нам домой?
— Было бы неплохо, но посетить твою родину получится только мимоходом — у нас, к сожалению, набралась масса дел, — глядя на погрустневшее лицо девушки, я всё-таки не выдержал, — но полдня-день особой погоды не сделают.
— Спасибо! — меня целомудренно чмокнули в щёку. Ммм, так вот каково это — чувствовать себя подкаблучником. — Пойду обрадую девочек! — и грозная воительница убежала, оставив меня на палубе любоваться морскими пейзажами.
Вздохнув, я отправился в свою каюту, зажёг пару свечек, уселся перед ними и продолжил «медитацию». То, что я упёрся в потолок своих способностей в огненной магии, дико бесило, особенно с учётом того, что потолок этот был на уровне «рядового колдуна» — как бы я ни напрягался, что бы ни придумывал, но увеличить дальность атаки или её температуру не получалось. Про смену цвета огня вообще молчу — подобное считается «фишкой» тех, кого принято называть Великими Магами, и показывает, что контроль волшебника над стихией находится на небывалой высоте. Может быть, подобный огонь имеет и какие-либо дополнительные свойства, но об этом в найденных мной источниках ничего не говорилось. Логика и физика подсказывали, что свойства должны быть, возможно, бесполезные в боевом плане, но тем не менее. Но обо всём этом мне оставалось только мечтать и пытаться научиться «правильно дышать». Если бы я ещё понимал, как это «правильно» должно выглядеть. Единственное, до чего пока что хватило моей фантазии, это попытки вдохом/выдохом зажечь или погасить свечки. Результаты были… никакими. Очевидно, что без учителя я могу биться об эту стену лбом до полного разбивания означенного лба, но начинать-то с чего-то надо?
Следующая неделя прошла в скуке. Тренировки по поддержанию физической формы чередовались с игрой на флейте, практикой в магии и приятными беседами за чашечкой чая с Суюки (да-да, я перетащил подаренную коллекцию с крейсера на фрегат). Кстати о последней, несмотря на то, что она вроде как «дала добро», кхм… м-да, как-то странно это звучит, на отношения с другими девушками, де-факто всё осталось по-прежнему, а даже за «неправильный взгляд» подруги эта самая подруга могла угодить на двухчасовую тренировку с моей ревнивицей. С одной стороны — хорошо, у меня сейчас хватает проблем помимо женских разборок «в гареме», да и боевой уровень воительниц растёт на глазах, с другой… Как бы девочки не собрались коллективно и не объяснили своей предводительнице, где раки зимуют, а где осень проводят.
Не то чтобы я считал себя настолько неотразимым, но женская гордость — страшная вещь. Мало ли как оно там скрутится в прекрасных головках боевитых островитянок? А мне потом разгребай…
Впрочем, пока (тьфу-тьфу-тьфу и три раза постучать по лбу) всё было спокойно, и, кажется, никто, кроме меня, по этому поводу не волновался. Плавание проходило размеренно, тихо и даже как-то сонно.
Всё изменилось в один день, и, для разнообразия, изменения оказались приятными. Крик «земля на горизонте» застал меня на середине медитации, когда язычки пламени вроде бы стали вытягиваться вместе с моим вдохом. Концентрация, разумеется, тут же была нарушена, и пламя свечей вновь заколебалось на своём природном уровне.