Мои размышления прервал звук лёгких шагов. Так ходят только женщины. Кто именно? Не таранное топанье Тоф, не крадущийся шаг Суюки или кого-то из воительниц, не поступь Мэй, а плавное передвижение Тай Ли я бы услышал максимум шага за три от меня. Нет, эти уверенные, но лёгкие шаги могли принадлежать только одной особе.
— Не спится, Ваше Высочество?
— Смотрю, ты тоже не в кровати, — с привычной усмешкой ответила Азула.
— Да, что-то не спится. Чаю?
— Почему бы и нет, — девушка присела рядом. О, страховочный трос прицепила, хорошо. Вот в чём-чём, а в благоразумии Азуле не откажешь.
— Схожу за второй чашкой, — я хотел было встать, но…
— Думаю, нам и одной хватит, — у меня отобрали посуду и нагло хлебнули чай. М-да, я на неё определённо дурно влияю. — Хм… Белый Дракон?
— Мой любимый.
— Я знаю, — прикрыла девушка глаза. — Две ложки травяного сбора, предварительно обдать слегка успокоившейся после кипячения водой и лишь потом заваривать в прогретом чайнике.
— Ничего-то не ускользнёт от твоего внимания, — я отобрал чашку у принцессы, долил из чайника и пригубил божественный напиток.
— Знаешь, я давно хотела с тобой поговорить, но всё как-то не было момента… — Азула, ждущая момент? Это было, мягко говоря, странно. Что-то я почувствовал себя несколько… неуютно.
— И о чём же?
— Обо всём понемногу… — девушка замолчала, задумчиво глядя в проплывающую под нами черноту.
— Если тебя раздражают наши потасовки с Тоф, то прошу простить, — нарушил я тишину спустя минуту, озвучив первое, что пришло в голову из последних заметных событий. — Просто детям её возраста необходима поддержка, а это — единственный способ, который она примет…
— Нет, не в этом дело… — открестилась принцесса, но, уже сказав, на мгновение задумалась и недовольно дёрнула щекой.
— Что-то не так? — при таких внешних реакциях не почувствовать напряжение было бы мудрено.
— Нет… И… Да, — Азула поднялась на ноги и несколько раз прошлась туда-сюда по парапету. — Знаешь… — голос наследницы престола звучал в равной степени задумчиво и решительно. — Я с детства привыкла быть лучшей, — три шага в одну сторону. — Самой сильной, самой талантливой, — три в обратную. — Лучшей. И это действительно так, — у меня отобрали чашку и сделали глоток, не сбавляя скорости передвижения. Бездна под ногами девушку нисколько не смущала. — Однако, встав на вершину, я поняла, что совсем одна. Все мальчики, с кем я знакомилась на официальных встречах или «случайно» посредством действий отца… Они все боялись меня, моей силы. На самом деле я поняла это намного раньше, чем встала на вершину, но это неважно, — развернувшись на носках сапог так, что те буквально миллиметр в миллиметр чиркнули край обрыва, но не обратив на это ни малейшего внимания, принцесса озабочено сжала губы трубочкой. — Я думала, что меня всё устраивает, думала, что это даже хорошо… Управлять людьми можно или деньгами, или страхом, но при их столкновении страх всегда сильнее — так учил меня отец. Даже Мэй и Тай Ли верны мне из-за страха… Пусть в меньшей степени, но всё же, — чашка окончательно опустела, и покорительница огня это наконец заметила, а заметив, сфокусировала взгляд на мне. — И тут появляешься ты. Такой же гений, превосходящий окружающих, вселяющий едва ли не больший трепет и страх, чем принцесса и Хозяин Огня вместе взятые…
— Ты мне льстишь… — но на мою реплику даже не обратили внимания.
— И ты не боялся. Совершенно не боялся! Сначала я думала, что это чрезмерное безрассудство, произрастающее из глупости и самодовольства, но нет, ты просто не боялся, потому что… не боялся, — внимание девушки обратилось к горизонту, и над нами вновь сомкнулась тишина.
Такие слова от Азулы — это покруче признания в любви. Де-факто, она раскрыла мне личные страхи и переживания. Показала свою слабость. С учётом её воспитания — это что-то между безрассудством и форменной глупостью. И если я сейчас поступлю неверно, страшнее врага у меня не будет.
— Вот, значит, как это выглядело… — вздохнул я и встал рядом с девушкой, тоже устремив взгляд вдаль. Даже в ночной темноте было заметно, как блеснули её жёлтые глаза, впиваясь в моё лицо. — Откровенность в обмен на откровенность… — я глубоко вздохнул, на миг смежив веки. — Если быть честным, я никогда не был гением. Сейчас в это сложно поверить, но… Единственный сын уважаемого, заслуженного адмирала, потомок древнего благородного рода, живущий в эпоху величайшего расцвета и величия нации Огня… Какие стимулы для развития у меня были? Война близилась к завершению, это понимали все, противников на море для нашего флота не было уже десятилетия, на суше наша армия одерживала победу за победой, а если где и отступала, то на общее положение вещей это никак не влияло. Так чего ради в этих условиях напрягаться человеку, у которого и так всё есть? Получить тёплое место при штабе или в столице я мог просто по факту рождения. Слава и статус заслуженного фронтовика? Одно письмо от отца — и меня примет любой командир, а дальше просто мелькнуть в тылах при паре удачных операций — и вот я уже ветеран и активный участник построения нашего военного успеха — карьера обеспечена, а там и победа подоспеет, со всеми полагающимися победителям преференциями, включая новые поместья и туземных рабов. Тогда ведь никто ещё не знал, что Аватар вскоре вернётся… — я замолчал, всё ещё глядя в горизонт. Азула тоже молчала, ожидая продолжения. — Это было сильное искушение. Быть беспечным светским повесой, купаться в роскоши, наслаждаться властью и положением, ни за что не отвечая и ни перед кем не отчитываясь. Я почти купился… Хотя… На самом деле я купился с потрохами и несколько лет был полным придурком, не вылезающим из вечеринок в компании с такими же малолетними раздолбаями, принимая подхалимаж за дружбу, а победу в пляжном волейболе за достойное достижение дня.
— И что изменилось?
— Сложно сказать… — вернее, сказать-то несложно, но вот объяснить… — Наверное, я просто всё это понял. Осознал, прочувствовал, и…
— И? — подбодрила принцесса, сверля меня нечитаемым взглядом.
— Мне стало мерзко. Это сложно описать словами, но вот представь, что в какой-то момент ты просыпаешься и понимаешь, что превратилась в огромного смердящего слизня… Я испытал нечто похожее. Стыд и ярость в непередаваемой комбинации. Стыд перед отцом и всеми предками, веками вырывавшими у судьбы лучшее положение для страны и рода, которых оказался недостоин даже в самой малой степени. Ярость на себя, за то же самое… Тогда мне повезло — эти чувства оказались достаточны сильны, чтобы достучаться до разума, а у того хватило воли, чтобы не поддаться соблазну утопить проблему в вине и забыться в новом этапе кутежа и веселья. Но я всё равно далеко не гений, гением был Пиандао, который сумел из криворукого великовозрастного балбеса за два года сделать одного из лучших мечников страны. Моя заслуга состоит только в том, чтобы придумать, как заинтересовать его в моём обучении…
— Как ты и сказал, сейчас в это сложно поверить, — с неуловимой издёвкой прокомментировала Азула. — Поверь, я знаю, что такое малолетний балбес, почивающий на лаврах происхождения. Чтобы начать шевелиться, такому мало осознания своего положения.
— Ты слишком строга к своему брату…
— Но ты сразу понял, что речь о нём, — небрежно парировала принцесса. — Хотя, признаю, изгнание пошло ему на пользу.
— И всё же…
— И всё же… — мы сказали это одновременно и одновременно замолчали.
— Говори ты, — раздражённо поправив выпавшую на лицо прядь, скомандовала Азула.
— Меня мало кто боится. Люди боятся того образа, который сами себе придумали. Ты видела — я даже не пытаюсь никого пугать.
— Не смеши, — девушка сделала рукой жест, будто отмахивается от насекомого. — А то я сама не видела, как все начинают ходить на цыпочках, едва ты чуть-чуть разозлишься.
— Это не совсем страх, — неуверенно возразил я, припоминая недавние посиделки после погони за Аватаром. — Скорее, попытки… м-м-м… оказать моральную поддержку.