Подскочив к одноглазому, мечник одним взмахом отделил туловище противника от таза, а в следующую секунду — снёс голову главарю, ударом с разворота.
— Помогите! Кто-нибудь! Я здесь! — послышался приглушённо голос Моди. Паразит уставился на бочку.
— Сейчас я тебя вытащу, — ответил он, принявшись отдирать приколоченную гвоздями крышку.
— Дядя Эспен?! Это Вы?!
— Кто здесь?! — раздалось с улицы и полотно шатра оказалось рассечено справа от Эспена.
Смекнув, что к чему, прогуливающийся неподалёку разбойник обрушил на героя саблю, целясь в макушку. Звякнул металл, гросс-мессер оказался в горизонтальном блоке.
Ударив пяткой в колено противника, воин-паразит отодвинул вражеское лезвие от лица и приготовился ирода добить, однако сзади послышался звук трескающихся ниток.
Паразит резко обернулся, собираясь нанести удар, но, в это раз опередили уже его, выбив гросс-мессер из руки.
— Иди сюда, урод! — прорычал второй дозорный и попытался разрубить паразиту глотку, но застрял мечом в центральной балке.
— Р-ра! — очухавшийся первый, вновь занёс свой палаш над головой Эспена.
Длинноволосый выстрелил кулаком в подбородок, после чего, схватил поплывшего похитителя за локоть и резко раскрутил.
Зашипев змеёй, брызнула кровь из шеи, когда разогнанный паразитом разбойник напоролся горлом на кромку лезвия своего приятеля.
— Паскуда! — озверел оставшийся похититель и, вырвав меч из балки, выстрелил жалом в голову Эспена.
Тот увернулся и, перехватив противника за запястье, тут же ударил коленом в повёрнутый локоть, выломав его в обратную сторону. Разбойник взвыл от боли, а герой лишь, зайдя за спину, сделал ему подножку, уложив на лопатки и нанёс несколько ударов кинжалом в выпирающий, как у пеликана, кадык.
Убедившись, что никто кроме него и Моди более не дышит, Эспен поднял с земли окровавленный гросс-мессер и вырвал с корнем крышку бочки, где сидел ссутулившийся рыжий мальчонка.
— Закрой глазки, приятель, — улыбнулся ему спаситель.
— Дяденька, у вас… — испуганными глазами посмотрел на него Моди и пальчиком коснулся своей щеки.
— Оу! — повторил жест паразит и понял, что на его лицо попала кровь разбойников. — Идём! Мама твоя если узнает — прибьёт меня! Так что ни слова, идёт?
— А ты мне купишь пряник? — поинтересовался сильно зажмурившийся мальчик.
— А может сразу всё золото тебе отдать своё? — возмутился Эспен, подняв Моди на руки.
— Ну-у, тогда я всё маме…
— Ладно, будет тебе пряник!
— Два!
— Два?!
— Ну, нет так…
— Понял!
Оставив шесть трупов позади, Эспен наткнулся на другого дозорного на выходе из леса. Тот облегчённо посмотрел на длинноволосого.
— Ты куда пропал? Отлыниваешь?
— Моди, иди-ка в лавку Мака, скажи ему, что если он не даст деньги на пряники, я с ним такое сделаю… — произнёс герой, спустив Моди на землю.
— Хорошо дяденька! — ответил мальчишка и поскакал в сторону загонов.
— Там, на опушке, шесть тел, — Эспен показал большим пальцем себе за спину. — Нужно или сжечь их, или солью раны обработать. Чтобы они к нам по утру не пришли.
Осмотрев помятости и капли крови на одежде Эспена, коллега осознал, что тот и вправду байдыки не бил.
— Сейчас тогда позову Гвидо, вместе мы с ними за час управимся. А ты иди покарауль между прилавками, — кивнул дозорный и, похлопав героя по плечу, скрылся меж соснами.
Когда Спонса стала медленно растворяться на небосводе, а на горизонте показался огненный обруч Кустоса, Эспен вернулся в лагерь рейнджеров.
Быстренько замочив в бочке плащ и повесив его сушиться, он двинулся к палатке Людвига.
— Капитан? — отодвинув шторку, он постучал костяшкой по балке.
— А? У-у-у… Это ты, Эспен… Или как там тебя.
Людвиг спал на кресле, закинув ноги на стол. Жнец Таверн выдохся настолько, что завалился прямо так, даже не смыв кровь с лица, от чего его ресницы слиплись.
— Принеси мне воды.
— Есть, сэр, — ответил паразит и зайдя буквально за угол, набрал в ковшик живительной влаги.
Приняв воду из рук новичка, Людвиг жадно присосался к краю ёмкости. Выпив половину, он вылил остатки на голову, протерев единственный глаз с серебристым зрачком.
— Интересно, откуда они у меня? — от капитана не укрылся любопытный взгляд Эспена. — Предыдущий командир рассказывал мне и моим ныне покойным сослуживцам, что из десяти человек, у десяти в крови обнаружится кровь или божественная, или звериная, или даже кровь другого народа, будь-то длинноухие или слитлинги…