И ни единого слова, думал Вэлли, ни единого слова сожаления!
Только один человек захотел пожать победителю руку. Нанджи довольно усмехнулся и принял поздравления Бриу. Тот бросил на Вэлли безразличный взгляд, прижал кулак к сердцу и ушел. Что бы Вэлли ни делал, все это унижало достоинство Бриу, вот и сегодня его ученик, который многие годы вводил его в заблуждение, стал настоящим воином.
Мучения умирающего пришли к концу. Ганири закрыл другу глаза. Когда он поднялся, его место занял Нанджи. Он хотел обтереть меч об одежду мертвеца, ведь светлейший Шонсу сделал с Хардуджу то же самое. Потом он повернулся к секунданту. Вэлли пришлось взять клинок Горрамини. Он встал на колени и протянул его победителю.
Нанджи осмотрел меч.
— Неплохая железка, — сказал он одобрительно.
6
На лбу у ученика Нанджи прибавилось два знака, Вэлли дал ему необходимые сведения о секретных вызовах для третьего и четвертого рангов, и теперь Ржавый стал мастером Нанджи, воином четвертого ранга. Сейчас ему надо соответственно одеться.
Мастерская портного — это убогая маленькая комната в дальнем конце казарм. Нанджи купил здесь оранжевую юбку и зажим для волос с оранжевым камнем. У его кумира тоже есть камень, а значит, и ему следует приобрести такой же. Оранжевый не идет к его рыжим волосам, но теперь он стал похож на молодого бога огня, который весь светится радостью. Он долго прихорашивался перед зеркалом: раны и следы ушибов все еще видны, но, несмотря на это, он остался очень доволен собой. О Горрамини он так и не задумался.
Вэлли смотрел на него с грустью и сомнением. В одеянии среднего ранга, полный какой-то новой уверенности, Нанджи выглядел теперь на много лет старше, чем тогда, в первый день, когда Вэлли встретил его на пляже. Казалось даже, что он вырос и держался теперь довольно самонадеянно. Теперь не скажешь, что он неуклюжий. Возможно, такое впечатление возникало из-за того, что у него очень большие руки и ноги. Через несколько лет, возмужав и окрепнув, Нанджи станет по-настоящему мощным. Неуклюжий подросток вдруг превратился в довольно опасного молодого воина.
Закончив наконец любоваться собой, новоиспеченный мастер развернулся к Вэлли.
— Позвольте принести вам клятву, мой повелитель.
— Конечно. — При получении следующего ранга вторая клятва теряет силу.
Мастерская портного подходила для этой процедуры как нельзя больше, но Нанджи выхватил меч, опустился на колени и опять стал подопечным светлейшего Шонсу. И даже во время этого торжественного акта ему было трудно сдержать улыбку.
— Наверное, вы сейчас отправитесь к священному, мой повелитель? — спросил он, поднимаясь.
Едва ли не каждый день, в один и тот же час Вэлли отправлялся к Хонакуре, а сегодня ему было просто необходимо увидеть жреца. Ему пора предпринять какие-то действия, а Хонакура — единственный, кто может помочь.
— А ты что собираешься делать? — спросил он подозрительно.
— Мне надо продать меч. И потом — у оружейника еще остались мои деньги. Я хотел бы отнести их родителям, прежде чем мы отсюда уйдем, — он смотрел на Вэлли невинными глазами.
Воины — это спортсмены, и поэтому они продвигаются по иерархической лестнице быстрее, чем представители прочих цехов. Друзья детства Нанджи — все еще Вторые, а некоторые и Первые. Воин четвертого ранга — очень важная и могущественная персона. Нанджи мимоходом обмолвился, что его отец — Третий. А ведь были еще младшие братья и сестры, на которых это тоже должно произвести впечатление.
Значит, у него все-таки есть какие-то человеческие чувства!
— Даю тебе два часа! — сказал Вэлли и тут же остался один, а в воздухе все еще висела забытая впопыхах улыбка чеширского кота.
Он пошел в храм.
Святейшего Хонакуру видеть нельзя.
Подавляя внезапно проснувшиеся подозрения, Вэлли пошел прогуляться. Он еще раз осмотрел большую стену в поисках высоких деревьев, но они были или недостаточно высоки, или росли слишком далеко от стены. Вдоль нее стояли какие-то старые полуразрушенные строения, но все равно без лестницы здесь не обойтись. За ним следят, и поэтому с лестницами ничего не получится.
Он с горечью подумал о том, что рано вывел своего соню на всеобщее обозрение… Это было ошибкой, но Тарру из-за нее совершил еще худшую. Клятва крови — не односторонняя, повелитель обязуется защищать своего вассала. А Тарру безжалостно перешагнул через Горрамини. Его и раньше не мучили моральные проблемы, а теперь потерял и последние остатки чести. Он вполне может решиться на какой-нибудь отчаянный шаг.