— То есть случается чудо? — спросил Вэлли.
Нет, ответил ему жрец, это не чудо, это только Рука Богини. Лодки идут по Реке только туда, куда Она пожелает, потому что Река — это Богиня…
— А Богиня — это Река, — закончил Вэлли, и рев его голоса заглушил беззубое шамканье жреца. — Боюсь, вам придется объяснить это поподробнее, священный.
Времени на объяснения ушло довольно много, Хонакура никак не мог взять в толк, как это Вэлли абсолютно невежествен во всем, что касается Реки. Река только одна — она протекает по всему Миру. Нет, он не знает, где у нее начало и где конец. На Реке стоят все города, и Ханн тоже. Как правило, в нижнем течении Фон, а Ханн и Опо — в верхнем, но далеко не всегда.
Наконец Вэлли стал кое-что понимать — география этого Мира может меняться. Теперь и рассказ Джа приобрел смысл. Он попросил Хонакуру рассказать об Ионах. Оказалось, что Иона — это человек, которого Богиня хочет видеть в каком-то определенном месте. Если он или она ступают на борт лодки, то эта лодка туда и плывет. Если же Богиня хочет, чтобы ты оставался там, где ты сейчас, то твоя лодка всегда будет сюда возвращаться. Нет, это не чудо, настаивал Хонакура. Так происходит всегда. Вот меч Вэлли — это и в самом деле чудо.
Ионы бывают хорошие и плохие, но в основном хорошие — возможно, именно поэтому Вэлли не сразу понял, что значит само это слово. Как только Иона ступает на берег, лодка возвращается к своему обычному маршруту и очень часто получает большое вознаграждение.
Похоже, этот Мир — очень интересное место. Значит, ограбление храма не может иметь успеха, но тем не менее бог особо предупреждал Вэлли о том, что его меч можно украсть.
— А кто эти жрецы, которые верят в чудеса? — спросил Вэлли.
Хонакура кинул злобный взгляд на каменный пол.
— Мне стыдно в этом признаваться, светлейший, но среди жрецов есть такие, кто выказывает плачевное отсутствие веры. А некоторые уверены… Согласно легенде, этот меч получила Сама Богиня. А кое-кто считает, что это следует понимать следующим образом: меч попал сюда в качестве приношения, и все эти столетия он был спрятан где-то здесь, в храме. — Хонакура сердито взглянул на него. — Меня обвиняют в том, что это я дал его вам, светлейший Шонсу!
Теперь образ мыслей Тарру становится понятным.
Хонакура невесело рассмеялся и опять протянул Вэлли тарелку с двумя оставшимися пирожными.
— Не теряйте веры, светлейший! Боги не избирают дураков! Вы что-нибудь придумаете. Но теперь ваша очередь! Расскажите мне о вашем заоблачном мире.
И весь остаток утра Вэлли просидел, скорчившись на табурете, и рассказывал Хонакуре о планете Земля — об Иисусе и Магомете, о Моисее и Будде, о Зевсе и Торе, об Астарте и всех остальных. Старик слушал с ненасытной жадностью.
В тот день Вэлли провел разведку. В сопровождении точно так же хромающего Нанджи — вдвоем они напоминали жертв какой-то ужасной катастрофы — он опять осмотрел все владения храма.
В некоторых местах Реку можно было перейти вброд, в некоторых других — взобраться на утес, но то и другое сразу никак не получается. Вниз по течению есть глубокие водовороты, так что о переправе на лодке или на плоту и мечтать не приходится. Вэлли уже знал, что этот каньон предназначен для защиты сокровищ Богини, и ничему не удивлялся.
Высокая стена обрывалась, как и говорил Нанджи, в воде — быстрой, глубокой и бурной воде. Обойти вокруг нельзя.
Некоторое время Вэлли стоял около ворот, наблюдая, как приходят и уходят паломники. Среди них часто попадались торговцы, ремесленники; шли и рабы с тележками. У входа в храм всегда много народа, теперь на страже здесь стоят восемь человек, из них трое — четвертого ранга. Однажды он уже прошел мимо них незамеченным, но чудеса никогда не совершаются по требованию.
Работа в конюшне заключалась в том, что плотники поставили новые тяжелые двери с маленькими окошечками, забранными прутьями. Воин шестого ранга должен знать почти все сутры, и Тарру был хорошо знаком с теми, которые касались фортификационных сооружений.
В храме очень хорошо живется. Но теперь для светлейшего Шонсу это место стало весьма комфортабельной тюрьмой. Сколько еще времени Тарру позволит ему отдыхать здесь? Когда он двинет вперед свою армию?
К вечеру Нанджи почувствовал себя лучше. Он даже почти пришел в свое обычное приподнятое расположение духа. Вэлли сообщил ему, что вечером ему предстоит выполнять обязанности секретаря — прозвучало это как «глашатай», — и они отправились на женскую половину за Джа.