- Растёт, растёт, - пробормотал Славик, стоящий за спинкой стула, на котором сидел Толян.
- Бред не неси, - возмутился Артём.
- Бред, бред - повторил Славик, словно эхо.
Привыкнув к этой его особенности – повторять за всеми, на Славика никто не обращал внимания.
- Твой ход, - кивнул Артём на доску для игры в нарды.
Набор развлечений у больных был невелик: нарды, домино и небольшой шкаф с книгами, затертыми до дыр. По началу Артём читал и при этом наблюдал за всеми, сидя в углу. Освоившись и выбрав тех, с кем можно общаться, стал играть.
- Э... - Воеводин заметил, как Витя - банан, взял в руки одну из книг, - Положи на место! Я её читаю.
- Положи, положи, - пробормотал Славик.
- Банан? - с придурковатой улыбкой произнес Витя, подняв книжку над головой.
- Банан! - с угрозой ответил Артём.
Витя перестал улыбаться, расстроился и положил книгу на место. Витя был наркоманом. От приёма запрещенных препаратов произошла деградация личности, и он позабыл все слова. Для общения использовал лишь слово - "банан". Прямо, как Эллочка Людоедка в романе Ильфа и Петрова "12 стульев" эксплуатировала свое знаменитое "хо-хо". Витя истошно орал по ночам "банан" и был неадекватен, потому его привязывали к кровати. Днём же на пару часов позволяли погулять по коридору. Поскольку он мочился под себя, то сухая одежда у него была в дефиците. Вот и сейчас он был только в футболке. Отсутствие трусов и штанов у Вити никого не смущало. Собственно, само место было таким, что в принципе никого и ничего не смущало. Участников безумного чаепития ведь тоже ничего не смущало, это только заглянувшая на него Алиса была в шоке.
- Ты ж вроде читал уже Донцову, - удивился Толян, бросив кубики.
- Читал! - Артём забрал кости, пока Толян передвигал фишки, - Теперь вот читаю по-новой, уже зная, кто убийца. И все выглядит совсем иначе. Замечаешь массу деталей, на которые раньше и не обратил внимания. Умная баба - эта Донцова. Все предусмотрела, всё у нее срослось.
- Хм... Надо попробовать, - сделал вывод Толян.
Толян и Артём были тут единственными, кто производил впечатление здоровых людей. И если беда Артёма была в последствиях ПТСР, то Толян оказался здесь из-за "белой горячки". Он и раньше попадал в психбольницы, когда уходил в глубокий запой, а вот в закрытое учреждение его привело убийство, совершенное им в алкогольном угаре. Толян постучал в дверь соседки - старушки и попросил "косарь" на пропой, а у бабульки не было лишних денег, да и не поняла она, сколько это "косарь". Женщина что-то резко ответила и Толян полоснул ей по горлу неведомо откуда взявшимся в его руке ножом.
- Надо, надо... - повторил Славик.
- Банан, - с задумчивостью произнес Витя, взяв в руки очередную книгу, - банан? - озадачился он тем, подходит ли ему "Планета Ка-Пэкс», - банан... - бросив на пол произведение Джина Брюэра, он взял в руки "Дневник сумасшедшего» Анхеля де Куатьэ.
- Ходи, - с нажимом произнес Артём.
- Ходи, ходи, - пробубнил Славик.
- Я пропускаю ... - хитро прищурившись, Толян со вздохом откинулся на спинку стула.
Артём оторвал взгляд от доски и сжал челюсти. Его разозлило то, что противник юлит. У Толяна была возможность сделать ход, просто этот ход был ему не выгоден.
- Нельзя быть таким хитрожопым, Толян, - Артём сжал края стола до треска, - На каждую хитрую гайку найдется свой болт с резьбой.
Угроза прозвучала так, что Толян нервно выпрямился и помрачнел. Он, не хотя, передвинул фишку, загоняя себя в угол.
- Болт, болт... - вторил "попугай".
Пока игровое противостояние набирало обороты, возле шкафа бесновался Витя, выбрасывая книги на пол одну за другой.
- Что ж ты делаешь, ирод! - всплеснула руками санитарка - тетя Глаша, только что вошедшая в комнату отдыха и заставшая Витю за делом.
- Банан! Банан! - истошно вопил Витя.
- Банан, банан, - подхватил Славик.
И тут очнулся дед Степан, который до этого мирно дремал в углу, зычно затянув свою любимую песню:
- Из-за острова на стрежень, на простор речной волны, выплывают расписные острогрудые челны...
Голос у деда, несмотря на старость, был на редкость сильным и басистым. Он словно пароходный гудок заглушал всех присутствующих. Дед страдал деменцией и болезнью Альцгеймера. Он украл банку тушёнки из супермаркета. Когда охрана магазина вычислила его по камерам и вызвала наряд, то его определили в психбольницу для преступников, ведь кража, какого бы размера она не была, - тоже преступление.