ы отдохнуть после боя, но старший им этого не дал. Не успели враги вскочить с земли, как получили по крепкому удару. Один попытался прикрыться дубиной, но Сашкин топор разрубил её и снес ему челюсть, вместе с лобной костью. Второй так и рухнул на землю с разбитой грудью. Тут старшего заметили: двое с двух сторон кинулись, пытаясь взять в тиски. Только не тут-то было, Сашка атаковал ближнего, с наскока обрушив на него град ударов с обеих рук, и на развороте достал второго, который хотел со спины проткнуть обидчика. Парировать удары варвары совсем не умели, да и техника была примитивная, так что Сашка без труда выбил топорик из рук противника, а потом одним ударом раздвоил неумеху. Тот, что подскочил сзади, навсегда отучился от такой привычки, потеряв все передние зубы. Хотя ему повезло, подошел бы чуть ближе, и его голова улетела бы как безбольный мяч. Тут на Сашку кинулись сразу трое, издавая дикие крики. До этого его скрывала от остальной ватажки варваров высокий шалаш из еловых веток, но теперь все, скрытности конец. Враги наступали не все вместе, а как кто горазд. Первый толстяк, с топором разогнавшись, хотел вогнать железку Сашке в грудь, но старший без труда отшагнул в сторону и на уходе слегка достал топором противника. Что слегка для великана, то смертельно для барана. Варвар ойкнул, и даже не разобрав, что произошло, ничком повалился в траву. Его товарищ тоже не разобрал на кого налетел. Варвары то думали, что против них сражается огромный, но все же безродный охотник, а не мастер спорта, специализирующийся на применение холодного оружия. В общем, размалеванный разбойник быстро схватил дубиной по голове и расстался с жизнью. А вот третий оказался, поумней, почуял, что одному не справиться и подождал, пока остальные подберутся поближе. Но Сашка им окружить себя не дал, сам бросился с душераздирающим криком вперед. И откуда у него такой голос проснулся. Прямо как оперный певец, все зрители в зале пробуждаются от заволакивающей Большой театр дремы и с ужасом смотрят на сцену, пытаясь разобрать, кто там так орет. Сашка быстро отвел пару ударов и ногой пробил противнику в солнышко. Старший бы сейчас поспорил на что угодно, что сломал бедняге два нижних ряда ребер. Но на этом он не остановился, присел, уворачиваясь от, пожалуй, единственного меча, и ткнул побольней дубиной в живот ближнего противника. Тот захрипел, пытаясь хватать ртом, воздух и повалился на землю. Не мертв, но уже и не боец. Когда самый наглый враг, хотел подрубить Сашке колено, Старший подскочил как козел, да как вмажет ему Маваши Гери (боковой удар ногой в голову), что тот разом повалился туда, где уже лежали его друзья. Теперь против старшего остались трое противников. Повезло, что охотники все же завалили четверых. Тот, что вначале не рискнул напасть на Александра, вождь с двухсторонним топориком и еще один с копьем. Что один из них был вождем, Сашка понял по золотой цепи с повешенной на нее какой-то бляхой. Хотя он мог оказаться просто новым русским варваром. Ему бы еще малиновый пиджак и можно на разборки в Питер везти. Очень бы получился ценный боец. И рожа у него такая матерая. Шрам ото лба до подбородка через левый глаз. Как только ему гляделки тем ударом не выбило? Но размышлять о возможных перспективах служебного роста здорового волосатого варвара у Сашки времени не было. Теперь враги напали сразу со всех сторон, скаля свои страшные пасти. Сашка был вынужден отступать и уворачиваться от посыпавшихся градом ударов. В который раз Орлов понял, что у противника нет ни какого понятия о технике боя. Бьют, пока силы есть, каждый сам за себя. Против такого же, как они противника эта система вполне подходила. Сражаться с охотниками и крестьянами самое то, а вот против Александра эта техника не попрет. Сашка выждал, пока враги подустанут. В его-то богатырском организме сил столько, что на роту ОМОНА хватит, а вот его враги явно выдыхались. Только вождь держал прежний темп, да и вообще перестал бесцельно наносить удары, ожидая промаха противника. Но Сашка ошибок делать не собирался. Его мозг в этот момент работал со скоростью суперкомпьютера, обрабатывая гигабайты информации. Он подпустил хитреца поближе, сделав вид, что оступился. А когда тот хотел шарахнуть Сашку по голове, резко ушел в сторону, и осадил врага дубиной по спине. Вот так, дохитрил. Копейщик попытался достать старшего, но небесный герой, с какой-то поразительной легкостью, топором снес наконечник копья. Железка улетела куда-то в сторону, чуть не покалечив зрителей. Семь девушек с раскрытыми ртами наблюдали за поединком. Варвар с обломанным копьем решил сбегать за другим оружием, но стоило ему повернуться спиной, как в спину ему прилетел здоровый топор. Удар оказался очень мощным. Варвара на метр отнесло силой удара, повалив на землю. А вот вождь попытался воспользоваться маневром противника и ударил справа, по незащищенной руке. Но это только он так думал, хоть дубина и была в левой, но Сашке только и нужно было, что слегка повернуть ее вбок. Топор вошел в дерево и застрял в окованной железом дубине. Противники оказались сцеплены друг с другом оружием. Тут варвар пошел на отчаянный шаг. Он отпустил топор и вцепился руками Сашке в шею, пытаясь задушить, но это было совеем глупо. Старший просто опустил подбородок, да как шарахнет ладошками по ушам бедного вождя. Так он свою идею с удушением и бросил. Чтобы удушить человека, нужен либо полный оборот вокруг шеи, или какая-то опора. Не успел, он прейти в себя, как Сашка сделал проход в ноги, половчей подкинул врага в воздух, да как воткнет его головой в землю. Если бы не интересная мыслишка, промелькнувшая в голове Александра, то тут бы варвару и конец. Но на этот раз силы он рассчитал, сказывался опыт спаррингов. Просто пришиб противника, чтобы больше не рыпался. Потом на всякий случай добавил ему свой коронный хук в челюсть и с хозяйским видом осмотрел поле боя. И был поражен. Оно во второй раз было за ним. Если после битвы с римлянами в лесу в нем бушевали смешанные чувства, то тут он испытывал самую настоящую радость и гордость за свою победу. Почти две дюжины врагов как с куста! И он получал удовольствие от смерти каждого. Именно так! Ему нравилось убивать врагов, нравилась роль спасителя невинных девочек. Он чувствовал, как становиться сильнее и храбрее. Природный страх, который сковывает, заставляет спасться бегством, куда-то пропал. А смерть человека больше не кажется чем-то страшным и противоестественным.