Центурион был ошарашен таким вопросом. Ганнорий Флавий знал, что его командир никогда не накажет за правду. С ним каждый может говорить то, что думает и при этом продвигаться по службе. А это много значит для римлянина. Право иметь свое мнению и жить согласно обычаям предков. Именно это отличает Рим от диспатий Востока. Жаль некоторые Императоры забывают эту максиму. Только свободному есть за что сражаться.
- Я с радостью скажу вам, - мой принципс! Вы храбро вели нас в бой, рискуя своей жизнью. Вы не обидели ни одного из своих подчиненных ни, словом ни делом. Вы мудрый и достойный человек. Вы справедливо оцениваете людей, вознаграждая их и наказывая по заслугам. Только не забудьте об этом, когда лавровый венок будет над вашей головой. И тогда мы пойдем за вами хоть в загробный мир.
Лицо Траяна было сосредоточенно. Он как будто насквозь видел своего центуриона, всматриваясь в каждую складку лица молодого человека. Темные глаза отцвечивали яркими огоньками от маслянистых ламп. В этот момент, Марк Ульпий Траян был похож на великого бога Марса, отца основателя Рима. Ганнорий невольно приклонился перед командиром. Траян поднял с колен своего центуриона, и сжал в крепких дружеских объятьях. Хватка у консула была отменная. Если бы захотел, то мог бы голыми руками придушить молодого центуриона.
- Твои слова значат для меня больше чем все золото мира. Богат тот человек, в кого верят воины. Ступай, ты будешь вознагражден.
Траян проводил взглядом Ганнория и вновь подошел к окну. Этот молодой человек, не раздумывая, отдаст за него свою жизнь. Как глупы эти юнцы, которые за все готовы расплатиться самым ценным, что у них есть. Надеюсь, мне не придется забрать твою жизнь, Ганнорий.
Прокуратор вспомнил о своей дочери Корнелии. Он не видел ее, уже пять лет. Столько воды утекло. Раньше она была веселым, жизнерадостным ребенком, который все время спрашивал "почему?". Как же она была любопытна. Она стала бы хорошим Цезарем, если бы женщины могли наследовать власть. Добрая, ласковая Корнелия, скоро я вновь увижу своего единственного ребенка. Как жаль что она не мальчик. Траян поднял колокольчик со стола, чтобы вызвать дежурного центуриона. Железо издало легкий режущий звон. В комнату вновь вошел центурион.
- Слушаю, консул.
- Разошлите людей по всей Мезии. Я хочу знать, что здесь происходит. Как сойдем на берег, сразу отправляйтесь в Скодру. Возьмите там когорту городской стажи и следуйте за нами. Встретимся в Альпиане. И будьте осторожны, варвары разрезают наши границы как решето. Никогда не знаешь, где встретишь врага.
- Есть! Еще что-то, консул?
- Приведи ко мне Сергиуса. Я хочу с ним поговорить.
- Слушаюсь!
Центурион выскочил на палубу, на ходу отдавая приказы. Траян любил расторопность своих подчиненных. Не задают лишних вопросов. Все понимают без слов. Живут по принципу: "зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня". Через некоторое время пришел Сергиус. Это был симпатичный, светловолосый мальчик, четырнадцати лет. Длинный, тощий, в красной шерстяной тунике и с длинным плащом.
- Ты звал меня Марк?
- Да Сергиус. Тебя никто не обижает? Тебе удобно здесь?
Мальчик улыбнулся и подошел ближе к господину.
- Никто не посмеет обидеть вашего верного раба. Мне здесь удобно. Удобно на столько, насколько может быть удобно в деревянной коробке посреди океана.
- Хорошо мой мальчик, мы скоро будем в Мезии. Там очень не безопасно, никуда не отходи от меня.
- Почему там не безопасно, это ведь римская земля? Кто смеет попирать величие Рима?
Траян, задумчиво посмотрел в окно.
- Даки...
- Ты их покоришь?
- Они преклоняться перед величием Рима!!!
Дворец императора располагался на Палатинском холме в самом сердце Империи - в центре Рима. Дворец имел множество колон и арок украшавших здание снаружи. Крыша была сделана из красной черепицы, скаты которой, обращенные внутрь дома образовывали большое четырехугольное отверстие (комплювий). В полу, ровно под отверстием в крыше, находилось углубление для сбора дождевой воды. Главная часть дворца состояла из приемного зала (атрий), кабинета и внутреннего прямоугольного двора (перестиль) окруженного колоннами. Изнутри дворец был украшен фресками, выполненными в желтых, синих, зеленых тонах, при этом доминирует "помпейский пурпур".
Император Нерва прохаживался по внутреннему двору, кормя экзотических рыбок, лениво плавающих на поверхности водоема. В столице дела шли все хуже и хуже. Большая часть преторианцев вышли из подчинения. Одного приказа Касперия Элиана командующего преторианцами достаточно чтобы его, Нервы, не стало. Те немногие, что остались верны своему Императору охраняют дворец от непрошенных гостей. Хотя если гости придут, то Нерве нечем будет их встретить. В сенате уже ходят слухи, что на его место претендует Нигрина Корнелий наместник Сирии. Если это так, то пора бежать, туда, куда глаза глядят. Может в Парфию, или Египет, все равно, лишь бы подальше от Рима.