Сашка сходил за Серегой. Брат еще был в отключке. Старший бил наверняка. Так чтобы не убить, но и не проснулся раньше времени. Не нужно ему собой рисковать, пусть подрастет, жизнь посмотрит, тогда и делает что хочет. Он еще навоюется.
Расправившись с наемниками, отряд Диагала быстро собрался и направился на Север. Впереди была Дакия. Природа облачалась в осенний наряд. Листва начала опадать. Старая жизнь умирала, давая дорогу новой. Так же и беззаботная жизнь семейства Орловых закончилась и началась новая. Но к чему она приведет?
Центурион шестой когорты Деций Фукс не стал преследовать варваров, разграбивших виллу Траяна. Он спас его дочь и этого будет вполне достаточно, чтобы уберечь центуриона он гнева консула. К тому же наместник Нижней Мезии послал когорту на перехват варваров. Во главе отряда стоит сам центурион примпил первой когорты. Так что и без его скромной персоны справятся, а Децию нужно охранять госпожу и ее подругу. С Корнелией прибыла девушка божественной красоты, правда одета как чистая варварка. Ну, какая же женщина может одеть штаны? Она не говорила на латыни и это всех очень огорчало. Она приехала из далекой Восточной страны. В своих краях она принцесса. Оно и видно. Такой дар не мог родиться в семье плебея. Хотя теперь и плебеи могут стать императором. Каждый центурион хотел поговорить с ней, но она только мило качала головкой, и ласково смеялась. Не так как смеются римские матроны. Их смех притворен, а у этой девушки чистый, красивый, идущий от самого сердца. Не понимая, что она говорит, ты все рано рад быть с ней рядом. А ее речь! Она такая странная. Дециий никогда такой не слышал. Она показалась ему самой красивой, похожей на настоящую песню. Хотя даже если бы она хрюкала, центурион все равно был бы в восторге. Мужчины влюбляются глазами, а уж потом подтягиваются все остальные органы. Девушек поместили в одной палатке, так как остальные не подходили для особ их ранга. Они, похоже, были рады этому. По крайней мере, Корнелия точно. А вот что чувствует восточная принцесса сказать сложно. Она держит все в себе и при этом открывает то, что может открыть. Наверное, это политика. Ей нужно что-то скрывать ради своей страны, и она это делает. Так бы поступил каждый. Очень интересным было то, как она ест. Было сразу видно, что она не привыкла принимать пищу на кушетках. Она сразу села и знаками попросила подать воды. В Риме умывались два раза в день: утром и вечером. А там от, куда она пришла, гораздо чаще. Пищу принимала очень осторожно, по-видимому, выбирая что-то знакомое. Центурион был бы рад ей угодить, достав любое блюдо, но не знал что, а спросить не мог. Девушка ела очень медленно, почти изящно, хотя столовые приборы, показались ей неудобными. Она очень долго подбирала подходящее положение, чтобы начать есть. Другой бы давно отбросил их в сторону и принялся, есть руками, но она этого не сделала. Попробовала всего и как персидская кошечка, погладив себя по животику, откинулась на спинку. На следующий день, в семь утра, когда Деций проводил смотр, из палатки показалась принцесса. На ней как не странно была шелковая мужская туника и кованые сандалии. Девушка помахала рукой центурионам и рысцой побежала вдоль лагеря. Деций приказал двум легионерам следовать за ней, куда бы она ни пошла. В лагере, как ни как много мужчин, а такая девушка может вскружить голову любому одним своим видом. Это Афродита наделяет земных женщин такими прелестями, чтобы они забирали сердца мужчин, для великой богини. Принцесса забрала много сердец.