— У вас есть имя, сэр рыцарь? — спросила принцесса, когда их пара вместе с другими занимала позицию для танца.
— Фредерик, ваше высочество. Барон Шантильер.
Кэт никогда не слышала о таком поместье.
— Для меня честь танцевать с вами, милорд.
— А для меня — с вами, ваше высочество.
Катарина церемонно склонила голову, и танец начался. Во время него у новых знакомых не было возможности много разговаривать, потому что приходилось лавировать между другими парами и меняться партнерами. При этом Кэт продолжала всматриваться в толпу в поисках Бракена или Локлана.
Но ее вновь ждало разочарование: даже Саймона здесь не было. Где же они все?
Локлан замер, войдя в зал и увидев танцующих. Вообще-то, лишь одна фигура, самая грациозная из всех, мгновенно и намертво приковала к себе его взгляд.
Каждое движение руки этой дамы, каждый шаг ее ножки были просто песней. Воистину, эта женщина, должно быть, вела свой род от одной из муз, раз обладала таким изрядным талантом. Другого объяснения просто быть не могло.
Но когда Мак-Аллистер заметил, как она улыбается незнакомцу, с которым танцует, его охватила беспричинная ярость. Никого в жизни ему не хотелось убить так сильно, как этого неизвестного.
Прежде чем успел передумать, Локлан уже оказался на другом конце зала и вклинился прямо посреди танца между Катариной и ее партнером.
Девушка подняла на него удивленный взгляд, наконец увидев того, кого разыскивала.
— Вы позволите? — обратился горец к лорду Фредерику.
Тот грациозно отступил.
От выражения неистовой боли на лице шотландца у Кэт перехватило дыхание.
— Ты собираешься со мной танцевать? — спросила она, надеясь немного поднять ему настроение.
— Если так надо.
Огромной неохоты, прозвучавшей в голосе лэрда, оказалось достаточно, чтобы пробудить в девушке сочувствие к нему. Она взяла горца за руку и увела его прочь от танцующих.
Увидев, что Катарина не заставила его танцевать, Мак-Аллистер выдохнул с облегчением:
— Спасибо, что не поставила меня в неловкое положение.
От улыбки девушки у Локлана буквально захватило дух.
— Это самое меньшее, что я могу сделать для человека, который намеревается вызволить меня из той неприятности, в которую я попала.
Не выпуская руки Катарины, горец направился в небольшой сад, расположенный неподалеку:
— Так ты получила мое послание? — спросил он с улыбкой.
— Да, и оно пришло как раз вовремя: я уже находилась на грани помешательства, — Кэт зажмурилась и сделала глубокий вдох. — Спасибо.
Шотландец цокнул языком:
— Ты принимаешь меня за негодяя, который способен оставить тебя наедине с твоим худшим кошмаром после того, как ты меня спасла?
— Если честно, я знавала многих, кто именно так и поступил бы. Но я ожидала, что ты придешь за мной.
— Рад, что не разочаровал тебя.
Кэт остановилась около садовой скамьи и подняла взгляд на Локлана. В лунном свете он казался невероятно красивым. Впрочем, он всегда красив, независимо от освещения. Просто под луной черты воина смягчились, и он выглядел не таким суровым и мрачным. Сердце Катарины сильно забилось: ей захотелось ощутить вкус этого мужчины.
Она медленно приподнялась на цыпочки.
Горец издал рычание, словно дикий зверь, притянул принцессу к себе и впился в ее губы поцелуем.
Казалось, Кэт не должна была иметь никаких чувств к этому человеку, но они переполняли ее. Все, чего ей хотелось — это тесно прижаться к нему, обняв. Не зная, почему, она наполнялась от него силой и спокойствием.
И хотелось, чтобы это мгновение никогда не кончалось.
А самым удивительным было то, что Катариной завладело странное, непривычное чувство, что она наконец дома — словно она создана для объятий этого мужчины.
Закрыв глаза, она пила его дыхание.
Локлан обхватил ладонями лицо Кэт, ощущая, как желание охватывает его тело. Ни разу в жизни ему не хотелось женщину так сильно. Это стремление отметало все доводы разума. Он собирался сделать для нее то, что поклялся не делать ни для кого — подвергнуть опасности свой народ. А еще рискнуть собственной жизнью.
И ему было наплевать на это. Хотя нет, не наплевать. Но безопасность Катарины была для него важнее.
Внезапно рядом кто-то кашлянул.
Мак-Аллистер отстранился от девушки и увидел лорда Реджинальда, сердито разглядывающего их.
— Ваше высочество? — произнес тот холодно.
Кэт резко открыла глаза. Вместо того, чтобы оглянуться на графа, она продолжала смотреть на Локлана. Отражавшееся в ее глазах невинное желание опаляло его, словно огонь.