Мак-Аллистер разрывался между желанием поиграть с ней вволю и жаждой войти в нее. Он не мог понять, что в ней было такого, но она одновременно и умиротворяла его, и зажигала огонь в душе.
Уступив нетерпению, шотландец приподнял девушку и усадил сверху.
Они застонали в унисон, когда Кэт приняла горца в себя. Тот сжал зубы, ощутив, как Катарина начала двигаться на нем мучительно медленно. Из-за неопытности ее выпады были мягкими и нерешительными. Глядя на Кэт, Локлан протянул руку и коснулся ее живота. И хотя он не имел права даже думать о таком, представил, каково бы это было: наблюдать, как день за днем в утробе Катарины растет его дитя.
Каково было бы находиться рядом, когда она произведет ребенка на этот свет?
Она могла бы стать прекрасной матерью, подарив ему сильных, уверенных в себе сыновей… и дочерей.
Мак-Аллистер улыбнулся этой мысли.
Кэт нахмурилась, разглядев выражение нежности на лице Локлана:
— О чем ты сейчас думаешь?
— О тебе. Только о тебе.
— И это вызывает улыбку?
— Всегда.
Теплое чувство охватило девушку:
— Поверить не могу, что я когда-то считала тебя занудой.
— А я не верю, что когда-то считал тебя надоедливой.
Катарина замерла и скорчила гримаску:
— Ты — просто чудовище.
— А ты — самый прекрасный цветок из всех, которые мне когда-либо посчастливилось найти.
Этот комплимент заставил ее вспыхнуть румянцем:
— А ты такой проходимец.
— Как скажешь.
Кэт удивленно выгнула бровь:
— Ты не споришь со мной?
— Когда я в тебе? Нет. Если честно, я даже не понимаю, что мы сейчас друг другу говорим. Мне абсолютно не до этого. Все мысли только о том, как хорошо ты выглядишь без одежды и как я люблю быть внутри тебя.
Катарина цокнула языком:
— Тогда позже ты пожалеешь, что только что пообещал сделать меня вождем своего клана.
— М-м-м. Все, что угодно, лишь бы ты была счастлива.
Кэт засмеялась. На самом деле высшем счастьем было ощущать его объятия и крепкое тело, прижатое к ее телу. Она любила этого мужчину. Это действительно было все, в чем она нуждалась в этой жизни.
Если бы он мог ей принадлежать!
Зажмурившись, она наслаждалась каждым толчком Локлана, каждым своим движением, которым отвечала ему.
А когда она достигла пика наслаждения, горец тут же к ней присоединился.
Разгоряченная и вспотевшая, Катарина в изнеможении рухнула рядом с шотландцем. Он обнял ее и прижал к себе, как величайшую драгоценность.
Оба они долго лежали, не шевелясь, пока голод не дал о себе знать. Локлан встал, натянул одежду и вышел поискать какой-нибудь еды, а Кэт между тем умылась и оделась.
Влюбленные провели остаток дня, прячась в своей комнате и ожидая известий от Страйдера. Не получив от него и его людей никакой весточки, Мак-Аллистер начал беспокоиться. У Страйдера было достаточно времени, чтобы вернуться в Руан и затем прибыть на пристань.
Где же он сейчас может быть?
На закате лэрд оставил Катарину в гостинице и отправился на поиски товарищей. Королевский корабль все еще стоял на якорной стоянке там же, где и прошлой ночью. Только теперь на нем было тихо. Лишь два одиноких стража несли вахту.
Не обращая на них внимания, Локлан прошел мимо, внимательно оглядывая улицу в поисках Страйдера и его людей. Вокруг сновало множество матросов. Несколько проституток приставали к прохожим в поисках клиентов. Торговцы шмыгали туда-сюда со своим товаром.
Больше всего горец опасался, что Страйдер со своими спутниками находились сейчас под королевским надзором из-за участия в побеге шотландца. Это было вполне возможно. Ведь они помогли Локлану освободить Катарину, и лэрд был уверен, что Грэхэм с радостью описал эти события Реджинальду и его людям.
— Локлан!
Шотландец замер, услышав чей-то шепот. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы определить, откуда его окликнули.
Одетый во все черное, даже прикрыв голову широким капюшоном, в тени здания стоял Пустельга. Он зна́ком подозвал горца.
Едва Мак-Аллистер приблизился, Пустельга затащил его в узкий проход между домами.
Лэрд скрипнул зубами из-за нахлынувшего ужаса и гнева:
— Что, других схватили?
— Да, можно и так сказать.
Локлан нахмурился, расслышав странные нотки в голосе Пустельги:
— Что ты имеешь в виду?
— Король заметил нас, когда мы въехали в город, и потребовал, чтоб Снайдер немного побеседовал с ним. Это «немного» обернулось целым днем, будь он неладен!
Мак-Аллистер издал недовольный возглас и спросил:
— Но Старйдер не арестован?