Когда он вернулся, задержавшись чуть дольше планируемого, веселье шло полным ходом. Люди разбились на несколько компаний, впрочем, постоянно перемешивающихся, где травили байки. Кто со службы, кто со времен обучения академии.
«Хорошо им, не они целый день носились по городу и собирали всех как овец в одну кучу», — устало зевнул молодой маг. Заказал у трактирщика вино и закуски, попрощался с Райли, и отправился в свою комнату.
Даже кровать оказалась менее удобной, а не сказать, что прошлый трактир был верхом роскоши. Эдвин решил поговорить утром и Райли на тему повышения комфорта за счет казны отряда. Это исключительно в интересах людей и их морального духа, конечно же. И пусть кровать оказалась не такой, тяжелый день в беготне по городу дал о себе знать, и он заснул.
— Значит, кровать? — уже в третий раз спросил Райли.
Командир отчетливо страдал похмельем, но пытался держаться бодрым. Мутный взгляд его выдавал. И перегар. И его постоянные переспрашивания. Много чего выдавало. Часть отряда с таким же страданием сидели в зале и завтракали, вторая часть решила проспать.
— Не только кровать, но комфорт не помешает всему отряду. И это у нас лучшие комнаты, что у остальных тогда творится?
— Я подумаю об этом, — постарался отмахнуться от решения проблемы Райли.
— Когда?
— Сказал же, что подумаю… завтра!
— Я напомню, — усмехнулся Эдвин. — Что сегодня у нас в планах?
— Найти оставшегося, потом согласовать цели с начальством и планировать рейд. А теперь будь другом, дай в тишине посидеть.
Эдвин решил «побыть другом» и не трогать страдающего командира. Сам он чувствовал себя бодрым и выспавшимся, чем разительно выделялся на фоне остальных. Даже трактирщик за стойкой, и тот не был таким свежим.
В трактир без стука вошла знакомая ему парочка.
— Вы без меня жить не можете? — ехидно уточнил Эдвин у «серых», которые обозревали зал стоя на входе.
И тут у всех этих похмельных мужчин сошлись все вчерашние версии. Они переглянулись между собой, посмотрели на «серых», затем на Эдвина…
Молодой маг буквально видел, как медленно эти похмельные шестеренки в головах людей выстраивают логическую цепочку. К ним зашли следователи, значит что-то случилось. У них есть подозреваемый еще с прошлого раза. У этого подозреваемого, если верить вчерашним пьяным историям (а если не верить пьяным историям, то чему в этом мире можно верить?)…
— У меня алиби, — сработал на опережение сам подозреваемый в лице Эдвина.
— А он в туалет выходил на двадцать минут, не меньше, — сдал его член его же отряда.
— Да каких двадцать? — возразил второй. — Я засекал, не меньше сорока!
— Еще и комнату так тщательно выбирал, — поддакнул трактирщик. — Все выспрашивал куда окна выходят! Наверняка через них выбрался, я ж трактир на ночь закрывал на ключ!
«Вот же скотины», — устало вздохнул Эдвин.
Глава 21
— Что скажешь по этому поводу? — с усмешкой устроился за его столом Марлоу.
— Только что я с удивлением узнал, что кто-то засекает как долго я сижу в туалете, — метнул взгляд на нужного человека Эдвин. Он запомнил их всех, и они обязательно к этому вопросу вернутся. Трактирщик тоже свое получит.
— Сперва ты работаешь на репутацию, — заметил «серый». — А потом репутация бежит впереди тебя, обрастает ужасными подробностями, и вот ты уже по умолчания подозрительный тип, за которым надо следить.
— Вы для этого пришли? Следить за подозрительным типом? — Эдвин краем глаза следил за залом, где люди замерли с приборами в тарелках, делая вид, что завтракают, но есть забывали. Только уши были напряжены. Почти все, из угла доносились звуки пожираемой еды.
— Нет, не для этого. Хотели уточнить все ли люди согласно списку находятся в трактире, — Марлоу достал бумагу.
— Мы и не к тебе, если что, — добавил Богарт. — Но в ходе вновь открывшихся обстоятельств вполне не против узнать о вчерашнем дне.
Райли, как командир отряда и самый главный, взял список из рук «серых», с трудом сфокусировал зрение и пробежался по нему глазами.
— Вот этого нет, его вчера не нашли, — указал он. — Все вопросы задавайте моему заместителю, у меня есть очень срочное дело.
Нетвердой походкой он удалился в свою комнату по «очень срочному делу», которое наверняка включало в себя длительный сон и кувшин вина.
— Задавайте, чего уж, — сказал Эдвин. — Тем более, это я его вчера искал.