Гриша отчётливо понимал предстоящий провал. Волколак носился от одной траншеи к другой, спасая артиллеристов и разрывая на клочки замешкавшихся чудовищ. Пока сильный удар, по крайней мере бревна, по рёбрам не отправил оборотня в длинный полёт сквозь чащобу. Кое-как сгруппировавшись, лаборант извернулся в воздухе, встретил удар о землю чётко и без увечий, а затем, зацепившись лапой за низко висящую ветку клёна, сменил траекторию падения и перекувырнувшись в воздухе, приземлился на лапы. Вдалеке, возле пушки второго расчёта, шевелилось нечто огромное, с блестящей чешуёй и огромной головой.
«Фуивр» - с холодком ужаса понял Гриша, готовясь к рывку.
Мощное мохнатое тело оборотня преодолело расстояние в сто метров за пару секунд. Когти с яростью попытались вонзиться в гладкое тело гигантского змея, но тщетно. Крепкие, подобно алмазу, те лишь с противным скрежетом прошлись по твёрдой чешуе. Лаборант взревел, привлекая внимание царя змей. Тот нехотя оторвался от полуживого артиллериста, непонятно как живущего с наполовину откушенной ногой и чередой кровавых отверстий от зубов вдоль правого плеча, переходивших на правую сторону грудины.
Массивная голова фуивра непонимающе уставилась на причину беспокойства, огромная нижняя челюсть приоткрылась, подставляя взору волколака сотни длинных зубов. Глаза бестии прикрылись в предвкушении новой добычи.
Гриша ловко увернулся от броска, постарался запустить когти под чешую на горле древней твари. Вновь скрип едва не крошащихся когтей и недовольный свист монстра. Победа казалась недостигаемой.
Единственно, чем смог навредить старой гадюке волколак, так это тем, что вогнал фуивра в раж и тот, с недосмотра, врезался башкой в ствол могучей лиственницы, на мгновение теряя ориентацию в пространстве.
За ногу что-то дёрнуло, волколак с грозным оскалом развернулся и наткнулся на того самого раненого артиллериста. Глаза парня мутнели, но речь была внятной:
- Кинь… меня… в него…
На последнем слове парнишка указал взглядом на разворачивавшегося к противнику змея. Гриша непонимающе посмотрел на тварь позади, затем вновь на бойца. В левой руке раненый держал нечто пузатое с небольшим кольцом.
- Только… чук-к-ку выдерни… - попросил военный, закашлявшись.
На землю выплеснулось совсем немного красного, видимо, много крови солдат потерял из-за других ран.
- Ну же, - горячо прошептал артиллерист и волколак подчинился.
Выудив чеку из гранаты, Гриша подхватил начавшее холодеть тело едва живого парня и с разворота бросил в сторону фуивра. Змей среагировал мгновенно, вцепившись в человеческое тело и заглатывая то в один момент.
Раздался смачный хлопок, шея, возле головы чудовища, лопнула. На траву посыпались фрагменты человеческого тела и кости монстра вперемежку с кожей и жёсткой чешуёй.
Гриша заскрипел зубами, душераздирающе взревел и бросился на нового врага.
*****
В это время, где-то далеко позади войска Сил Света, несли нелёгкую ношу врачевания на своих плечах сотни медиков. Санитары, как угорелые, носились взад-вперёд, притаскивая одного раненого за другим, а нередко и сами выходили из-под мечей и когтей нежити с рваными ранами, а то и не возвращались вовсе.
Молоденькие девчушки и немолодые врачи останавливали кровь, сращивали ткани, ампутировали конечности, если не в силах были спасти. Крики и стоны оглашали лес на многие сотни метров вокруг, изредка заглушаемые орудийным огнём расположенной неподалёку артиллерии.
Где-то в этой возне, вся в крови и рвоте, трудилась и Амалия Укуева. Под ловкими тонкими пальцами края даже самых страшных ран сходились вместе, торопливо соединялись, образуя розовые рубцы и шрамы. Старик-хирург нарадоваться не мог, наблюдая за тем, как выхоженные неизвестными силами парни снова пытались встать и рвануться в гущу боя, будучи здоровыми, а, главное, живыми.
Амалия успела присесть для передышки всего на минуту, когда с улицы в палатку долетели первые испуганные вскрики санитарок и отчаянная ругань мужчин. Колдунья выскочила наружу в тот же миг.
Лиловые глаза наткнулись на группу нечисти, видимо, по реке обошедшую войско Света с правого фланга и сумевшую взобраться по крутому отвесному берегу. Десяток отчаянных вурдалаков были посланы навести хаос в тылу врага, дабы внести сумятицу и разброд в боевые ряды. Лица кровососов сгнили, рёбра вызывающе торчали из-под лохмотьев одежды. Казалось, что ещё немного и эти полутрупы развалятся.