Звякнули доспехи, в нос парня ударил запах свежей крови. Неприятный ком подкатил к горлу, желая опустошить содержимое желудка, но Скрябин остановил, сдержал и отправил непрошенного «гостя» обратно в брюхо.
Тело архангела прокатилось по косогору, вес доспехов замедлил падение, а затем и вовсе остановил движение Игоря. Теперь умирающий лежал лицом к полю боя, распластавшись, словно тёщин блин на ещё тёплом камне. Ноги приятно тянуло вниз, позвоночник вытянулся и даже ноющая боль под рёбрами не спешила застить свет перед глазами Архангела. Демоноборец сумел наконец выдохнуть с облегчением. Тяжёлый груз ответственности, который гнул парня к земле вот уже долгое время, внезапно испарился, позволяя предводителю сил Света спокойно выдохнуть.
Игоря не беспокоили тысячи голов нежити, что, лишившись командования, сейчас в панике бежали от горстки бойцов под знаменем Ордена Света. Мысли Скрябина сейчас занимало лишь очищающееся от туч небо. Голубое-голубое, словно протёртое тряпочкой с «Блеском», казалось, оно смотрело на умирающего в ответ, улыбаясь редко пролетавшими птицами, смеясь шальным ветром в кронах засохших деревьев.
Сама Жизнь улыбалась своему верному воину. Воину Света.
Войска нежити, после гибели командования, в панике отступили. Бегущих от сил Света с боевым кличем преследовали валькирии, насаживая детей Хаоса на острые копья и рубя мечами. Наземная армия Света поспешила выдвинуться на оставленные врагом позиции, попутно добивая раненых и осматривая подозрительно «мёртвых». Притаившаяся среди гор трупов нежить добивалась без жалости, да и потерявшие друзей бойцы светоносной братии позабыли о слове «милосердие» относительно к тварям Ночи.
Уртулий и Отрепьев, с перевязанными головами, все в крови и кишках врагов, первыми достигли места схватки Архангела с ведьмами Некромекона.
Глаза Игоря потухли, пронзительный синий свет исчез, а зрачки вновь налились зеленью. По бледнеющим губам демоноборца проползла слабая улыбка вслед за струйкой крови. Скрябин узнал друзей.
— Эй-эй, парень! Не отключаться! — вампир мгновенно упал на колено и подхватил товарища за шею, осторожно приподнимая голову воина Света. — Ты чего! Мы же победили! Куда мы без тебя?! А?! Кто с нами будет теперь коньяк хлестать?
Игорь перевёл тускнеющий взгляд на вампира, попытался улыбнуться ещё раз, но закашлялся, забрызгав кровососа кровью.
Отрепьев поспешно разорвал пятую за сегодня аптечку, рылся в куче лекарств, ища кровоостанавливающие и обезболивающее.
Сзади послышались хлопанья крыльев, оставшиеся в живых валькирии, числом не больше двух десятков, опустились на холм. Самая рослая несла на руках нечто маленькое, с чёрными волосами и красными глазами.
- Игорь! – голос Амалии сорвался на визг, девушка бахнулась на колени, проезжая полметра по залитой кровью поверхности чисто по инерции. – Что с ним?
- Большая кровопотеря, - быстро и серьёзно ответил Григорий, пытаясь зажать раны на животе Архангела. – Теряет сознание, пульс слабый, едва прощупывается!
К месту действия прибыл залитый кровью Тиус. Голова Легата была перевязана, но кровь продолжала стекать на грудь минотавра, пачкая шикарный наряд главы древнего Ордена магов.
Следом подошёл восстанавливающийся после атаки сотней заклятий Кощей. Новая кожа уже покрыла почти всё лицо, хотя запах шашлыка резал нос настолько сильно, будто где-то рядом палили огромный костёр.
Так и было, что уж греха таить. Часть леса, как со стороны Некромекона, так и Ордена Света, пылала, накрывая поле серой вуалью дыма.
- Тиус! Кощей! Помогите мне! Мои силы на исходе, - с отчаянием, почти навзрыд, пискнула Укуева, творя над демоноборцем заклинания. – Ну же! Чего вы ждёте?
— Нет, — слабо простонал Игорь, кладя окровавленную руку на ладонь девушки. — Не надо…
— Что? Почему? — взвизгнула от страха Амалия и прижалась к Скрябину. — Ты чего такое говоришь, дурак?! Ты выживешь, мы тебя на ноги поставим!
Рядом послышался лязг повреждённого сервомотора, подле умирающего полукругом выстроились молчаливые аватары Архангелов, за спинами которых маячил уже нацепивший очки лаборант Гриша.
Архангел Михаил, заслышав просьбу умирающего, не молвил ни слова, отлично понимая, чего хочет воин Света. Простого и такого недоступного покоя.