Игорь вольготно расположился на небольшом тюке сена, прямиком под крепостной стеной из белоснежного камня, наслаждаясь пришедшей со сгущавшимися сумерками тенью и прохладой. Второй и третий поверхи твердыни светились под нестерпимо ярким огнём небесного светила, даря скромные пучки света и грешной земле, хотя и количество, и качество оных неумолимо сокращалось. Раненых и убитый давным-давно убрали с побагровевшей от пролитой крови площади и босоногие мальчишки в чистеньких, плотных одеяниях старательно соскребали с мостовой застывший твёрдой коркой сок человеческой жизни. Икар неспешно откололся от тихо разговаривавших неподалёку воинов и направился в сторону сотника. Скрябин удостоил помощника усталым взглядом, немного передвигая туловище на край кипа, освобождая место для нового знакомца. Ветеран хищно улыбнулся и, приняв молчаливое приглашение, присоединился к флегматичному созерцанию окружающей действительности.
— Воины от тебя в полнейшем восторге, — как бы невзначай просветил товарища матёрый рубака, теребя в беспокойных пальцах толстый стебель травы, давно засохший под знойными лучами. — Хотят сделать тебя сотником.
— Нет, друже, я до командира не созрел пока, — отрицательно покачал головой демоноборец, бросая благодарный взгляд на поглядывавших в сторону собеседников, оставшихся в живых конников. — Да и дело моё не подразумевает задержек.
— Какое дело? — насторожился Икар.
Игорь промолчал, затем неспешно воздел тело в вертикальное положение, двигая руками в коротких гимнастических упражнениях, дабы разогнать кровь по телу.
— Я тоже хотел бы узнать, какое дело меня ждёт, — невесело покачал головой Скрябин, переключая внимание на другую тему, - Икар, а расскажи мне подробнее про Архангелов и ведьм Некромекона! Откуда появились сии дивные воины и эти… магические твари?
— Да кто его знает, командир, — акцентируя тон на последнем слове, быстро ответил ветеран, наблюдая за реакцией молодого человека.
На удивление, ни один мускул на лице Оферона — Игоря не дрогнул, а вот глаза наоборот, затуманились дымкой размышлений в несколько раз сильнее.
Молодой глава сотни всадников быстро отошёл к белобрысому пацану, намывавшему каменное покрытие с особой тщательностью, и потрепал байстрюка за плечо.
— Чего Вам, дяденька? — доверчиво пискнул тонким голосом ребёнок, отвлекаясь от важного занятия.
— Скажи, воин, а куда отвезли раненого в сражении паладина?
— В святилище Арконы, дяденька! — светло улыбнулся мальчишка, выгибая худенькую грудь от такого приятного обращения, как «воин».
— Спасибо.
Скрябин с серьёзной миной сделал пару шагов по направлению к цитадели, внезапно дёрнулся и остановился, оборачиваясь на возлежавшего на сене соратника. Жёсткий голос много где побывавшего воина рассёк воздух над площадью, врываясь в слух ветерана просьбой:
— Икар, подсоби найти святилище.
Мужчина добродушно кивнул и, рывком вскочив на ноги, быстрым шагом обогнал просившего, увлекая того в короткое путешествие.
Свернув за дальний угол цитадели, воины прошлись по тесной улочке, сжатой с одной стороны плохой инженерной мыслью в лице близкой стены твердыни, а с другой вплотную построенными лавками со всевозможным товаром. Пройдя метров триста, Икар вывел сотника на небольшое открытое пространство и тут же заслышал за спиной вздох удивления. Показавшийся небольшим фортом, замок преобразился в глазах Игоря до неузнаваемости, заиграв дополнительными красками и ощущениями. На задней части цитадели, считай, на заднем дворе, располагался небольшой пологий спуск, как оказалось, с холма, на котором высился замок, в небольшую долину, донельзя застроенную домами. Посредине возвышался двухэтажный дом, выстроенный в готическом стиле с высоким шпилем на толстом «тельце», от которого красиво, хоть и немного криво, лучами расходились в разные стороны богатые дома, под конец превращаясь в захудалые коморки. Ветеран указал на здание со шпилем рукой и коротко бросил:
— Святилище Арконы, друже! Проводить до дверей?
— Нет, спасибо, — отказался от любезности Скрябин, настраиваясь на короткую прогулку. — Дойду!
Соратник со шрамом на лице немного помялся, но решился на страшную фразу, догнавшую Игоря уже в пятидесяти метрах от товарища: