— Не смотри в лицо преподобному, сотник! Худо накличешь…
Скрябин развернулся на миг, помахав в благодарность за информацию огрубевшими от постоянных упражнений с оружием ладонями и прибавил шаг. К лечебнице воин Света добрался довольно быстро. Тьма над городком уже сгустилась и ноги неуверенно ступали по разбитой постоянной людской беготнёй дороге, норовя соскользнуть в глубокие ямы.
«Время идёт, а в стране традиции прошлого отлично соблюдают» — мысленно посетовал демоноборец, с присущей только русскому человеку «любовью» вспоминая жёсткие дороги Родины.
Уверенно войдя под тёмные, заляпанные грязью, своды стен святилища, Игорь быстро уловил приглушённые, уже давно привычные, стоны несчастных, которых ранило в не давнем бою с силами Некромекона. Скрябин, мягко ступая по грязным камням, коими вымощен был пол, двинулся на звуки, выхватывая в дальнем углу фигурку молодой девушки, тень которой ломалась в неровном свете факелов, зловеще пританцовывая в только ей известном ритме Смерти в гордом одиночестве. Некогда нежные руки с силой и толикой злобы полоскали в ледяной воде пропитанные кровью тряпки, приходившиеся местным медсёстрам перевязочным материалом.
Игорь постарался сделать шаг тяжелее и громче, но молодуха всё одно испугалась, резко оборачиваясь на внезапные звуки. Тихий вскрик вознёсся к сводам лечебницы и потонул в покрытых паутиной перекрытиях, жалобно затихая под напором зловещей тишины.
— Прошу простить, милая девушка, — тихо произнёс демоноборец, слегка наклоняя голову в приветствии и сразу переходя к делу, — Я хотел сподобиться о самочувствии паладина, привезённой нынче вечером.
— Вы о Фелиции? — уточнила раскрасневшаяся от ударного труда и ледяной воды дева, отойдя от испуга и оценивающе окидывая взором нежданного гостя. — Могу проводить, только воительница спит!
— Значит, выжила? — скорее утверждая, чем выспрашивая, облегчённо выдохнул Игорь, скидывая с души очередной груз. — Кровь в левой руке отомкнули?
— Преподобный всё сделал, хоть и был в полном недоумении… — начала было говорить девушка, затем глазки медсестры внезапно сместились с воина Света тому за спину, и конец фразы так и остался в горле болтушки.
Охотник на нечисть мгновенно обернулся, высматривая, в темноте и неярком свечение едва тлевших факелов, массивную фигуру в расшитом рунами балахоне и с наброшенным на голову глубоким капюшоном. Правая рука незнакомца сжимала длинную трость изрезанную, как и мантия, неизвестными молодому человеку резами и письменами на языке магов-целителей. Глухой и резкий, будто треск ломаемого дерева, голос преподобного, селевым потоком неотвратимо раскатился по полупустым коридорам лечебницы:
— Слухи бегут впереди тебя, незнакомец, — мужчина сделал пару шагов навстречу демоноборцу, хотя лицо так и оставалось в тени просторной одежды. — Низвергнувший Брагиду и спасший Архангела… И не говори, что заговор на кровь не ты наложил на девку с пшеничной головой! Что ты тут забыл?
— Знания получить хотел, — не стал отпираться воин Света, жёстко глядя в непроницаемую тьму капюшона. — Хотел попытать счастья у паладина. Как видимо, тщетно.
— А может я тебе помогу? — скрипуче прогудел Преподобный, разворачиваясь боком к собеседнику и простирая длань вдаль коридора, к выходу из лечебницы, намекая на короткий вечерний моцион.
Скрябин подумал, здраво рассудив, что старик, проведший всю жизнь среди магической братии может знать куда больше молодой девы-паладина, потому благосклонно кивнул, делая неторопливый шаг вперёд.
— Так что тебя тревожит? — глухой голос мага-целителя спокойным снегопадом свалился на плечи демоноборца, даруя прохладу и расслабление.
— Откуда произошли ведьмы Некромекона? — глаза Игоря сузились, в ожидании интересной и страшной легенды, либо мифа. Руки самопроизвольно скользнули по рифлёной рукояти нововыданного меча с хищно изогнутым лезвием.
— Дети Кощея, — голос Преподобного странно изменился, будто трещавшие под сильным ветром деревья вырвало с корнем и начало нещадно разбивать сильными ударами о высокую скалу. — Посланники Тьмы, сотворением которых Царь Тьмы ответил на «рождение» Архангелов.
— Почему колдуньи против Мира?
— Брагиде, почившей от руки твоей, показалось, что чёрный отец злодейской братии — Кощей, предал дочерей, возжелав прекратить бесполезную Войну, в которой одержать победу им стало невозможно, — возвысив голос, Преподобный равномерно отстукивал ритм шагов длинным резным посохом. Казалось, что в момент соприкосновения с землёй из-под кончика магического орудия вылетают голубые искры, быстро растворяясь в холодеющей дневной пыли.