Ночь… боль в левой стороне груди, затем распахнул глаза и уткнулся в остекленевший взгляд Наташи и эта железка, что перебила молодой женщине горло… врачи пытались успокоить, говорили, что умерла быстро…
Игорь не ощутил, как колени с резким стуком столкнулись с полом. Сильные мужские руки обхватили ноги жены. Рыдания, громкие рыдания разрывали грудину, лёгкие беспрестанно сокращались, а губы произносили лишь одно: «Прости».
Девушка опустилась на пол, прижала голову мужа к груди. Тонкая кофточка пропиталась слезами, маленькие нежные ладошки заботливо гладили мужчину по волосам. Скрябин не помнил слов, лишь запах… её запах… будоражил воспоминания, заставляя пласты памяти вздыматься из глубокой комы, пробуждая душу…
— Я убил вас, — Игорь отстранился и прямо посмотрел в глаза жене. — Это моя вина.
— Нет, — грустно качнула головой Наташа. — И ты сам это знаешь, но не хочешь верить.
— Я не справился с управлением, машина…
— Дальнобойщик уснул за рулём, — с мягким укором произнесла женщина. — Ты выдумал свою вину.
— Нет, — с силой зажмурился Скрябин и опустил лицо в собственные ладони. Новый поток слёз выплеснулся водопадом, заливая пол у ног родного человека. — Я обязан был вас защитить!
— Пойдём за стол, любовь моя, — Наташа неспешно встала и приобняв рыдающего мужа, попыталась поднять того на ноги. Игорь нехотя подчинился и позволил усадить себя на высокий стул с торца дубовой столешницы.
Две сестры молча переглядывались, не смея влезать в душещипательные разговоры взрослых. Даже робкие взгляды девчушки бросали на отца исподлобья, будто бы стесняясь спросить нечто такое, о чём знали лишь дети демоноборца и…
Когда мощный запах гречневой каши с мясом разнёсся по дому, детишки замерли, не решаясь нарушать вкусное безмолвие вопросами. Игорь тоже заметно приободрился, искренне недоумевая как возможна в беспамятстве такая палитра звуков, цветов и ароматов.
База Ордена Света, Центральная Сибирь.
Иван Тошуков, майор спецназа в прошлом и командир оплота Света за Уралом в настоящем, беспокойно измерял помещение кабинета широкими шагами. Зрелому воину удавалось отсчитывать лишь пять метров в одну и в другую сторону, а мозговые процессы действовали по своему отдельному пути.
«Центр» и высшее командование молчало уже более двух суток, все попытки связаться с другими боевыми частями Ордена провалились, и Иван постепенно начинал нервничать. Конечно, в случае прямой атаки скрытая в глубине скальной породы база и полторы тысячи человек личного состава с лёгкостью отобьются от практически любой атаки, благо оружия и знаний хватало. Но… Всегда это «но» всплывало в самый неподходящий момент!
Тошуков тряхнул головой и опустился на небольшой крепкий стул, обхватив голову руками. Внезапно, в кабинет начальника залетел лейтенант Захаров, долговязый худой парень с постоянно бледным лицом и сейчас подобная бледность выглядела ещё более пугающей.
— Товарищ майор, принят аварийный сигнал с Мурманска!
В длинный коридор вылетели вдвоём, едва не опрокинув двух офицеров младшего звена, спешивших в направлении столовой. Козырнув по ходу дела, торопыги забежали на пункт связи, где лейтенант мгновенно вложил в руки начальника большие наушники:
— …нападение… прот… не установ… несём пот… СОС! СОС! СО… — многочисленные помехи мешали, резали уши, но смысл угадывался без труда.
— Дай мне громкую связь базы, — помрачнев лицом, попросил Захарова Тошуков.
Лейтенант на «автомате» снял с приборной панели небольшую трубку, похожую на телефонную и передал командиру. Иван, прокашлявшись, объявил:
— Внимание, внимание! Говорит командир базы, майор Тошуков! Сегодня… — говоривший мельком взглянул на часы. — …с 12.43 по местному времени я отменяю приказ 3637 и объявляю тревогу номер «Один»! Всему личному составу получить снаряжение и сухпаи. Повторяю…
Иван ещё два раза повторил сказанное, прежде чем отложить микрофон. Беспокойный взгляд лейтенанта командир встретил спокойно и стараясь выглядеть бодрее, похлопал того по плечу:
— Не трясись, Захаров! Бог не выдаст, вурдалак не съест.
По лицу молодого парня прошлась ледяная капля, а взгляд ушёл в пол. Майор ещё раз потрепал связиста, кивнул ещё двум упавшим духом бойцам и вышел в коридор.
Боевая часть, одна из десяти по России, самая крупная и боеспособная в своём роде, постепенно создавалась высшим руководством Ордена ещё с тридцатых годов двадцатого века. Главной задачей расквартированных на ней частей была охрана региона «Сибирь» и помощь демоноборцам и прочим охотникам, кои не любили привлекать парней со стороны, искренне считая грубую военную силу излишне… военной.