— Ты справишься, любимый, — тёплое томное дыхание защекотало ушную раковину воина Света. — Иди и победи!
Скрябин прижал жену к груди, отстранил, позволяя проснувшимся дочкам облепить с двух сторон. Демоноборец через силу высвободился из объятий и, отступив на пять шагов, молвив на прощание:
— Вы навсегда в моём сердце!
Жена и дети молча махали, пока Игорь исчезал в поднявшемся из земли густом тумане. И в этот раз душа Скрябина была чиста.
Человек может многое, очень многое. Вот только простить себя для него порой труднее всего. Демоноборец смог. И теперь, делая шаг вперёд, Игорь точно знал, что путь ему преградить не сможет никто! Даже он сам.
*****
— Вы бы отдохнули, девушка! — молодая медсестра, с первыми сеточками морщин вокруг глаз, мило улыбнулась Амалии, едва поднявшей отяжелевшую голову от постели с обездвиженным больным. Красные заплаканные глаза провернулись в орбитах, фокусируя взгляд на работнице «Поликлиники номер один» города Петропавловска-Камчатского.
Уже трое суток не молодая колдунья провела, не смыкая очей, возле распластанного в коме Игоря Скрябина. Бедное тело молодого человека беспрестанно кололи жаропонижающими антибиотиками, к порванным неизвестной силой лёгким подключили аппарат искусственного дыхания, а выступавшую в огромном количестве из ушей, носа и глаз демоноборца кровь магичка стирала каждые пять минут. Воин Света походил на труп, блестя в люминесценции ламп белой кожей, покрытой лихорадочной испариной, и почти чёрными губами, ссохшимися и полопавшимися из-за беспрестанного жара, вырывавшегося из глотки больного, словно из загоревшейся угольной шахты.
— Я говорю, Вам отдохнуть надо, — с участливой заботой повторила медсестра и подойдя вплотную к Амалии, взяла ту за локоть. — Пойдёмте к нам в ординаторскую, чаю попьёте и поспите.
— А как же, — запротестовала было колдунья, указуя на выступившую заново кровь на лице Игоря.
— Не беспокойтесь! Я сейчас пришлю санитарочку, она приглядит за Вашим мужем, — отмахнулась сердобольная работница больницы, увлекая за собой заботливую «жену».
Распахнув двери отдельной палаты, кою оплатил на неопределённый срок Кощей и дал сверху ещё столько же лично главврачу за обещание последнего лично следить за необычным больным и его спутницей, девушки прошли мимо двух верзил-вампиров, приставленных бдить и охранять ценного «обездвиженца».
В длинном больничном коридоре было сумрачно, охранники в первый же день залепили окна бумагой, чтобы солнечный свет не резал глаза и хоть дни становились всё короче по приближении зимы, кровососы так и не вняли стону и недовольству пациентов и персонала, а главврач лишь развёл руками, умащивая в карманах стопки зелёных купюр.
Неподалёку со своего места вскочил Гриша, коего не пускали в палату ни под каким видом. Сами подумайте, как можно пустить к человеку в коме парня, одетого явно с помойки и воняющего на всё отделение собачатиной? Никак нельзя! Посему молодой человек мариновался третий день в коридоре, ожидая новостей, а заодно, как ни странно, изредка помогая врачам с вынесением диагнозов по особо сложным случаям. Те, от счастья, не скупились на подарки, поэтому Гриша постоянно был сыт и напоен. Только когда местные бабки потянулись к нему, как к альтернативе многочасовому ожиданию приёма у терапевта, молодой лаборант Ордена Света едва не взвыл из-за развернувшегося вокруг него кошмара. Шерсть на загривке затопорщилась, даже когти начали вылезать, но прирождённый ум и смекалка сделали своё дело! Гриша, естественно, по большому секрету признался пенсионеркам в том, что он, оказывается, сатанист и все знания ему даёт нечистая сила. В расширившихся глазах бабулек-«божьих одуванчиков» появился откровенный страх, а из раззявленных ртов вырвались вздохи неподдельного мистического ужаса. Гриша под конец лишь заикнулся, что может с точностью сказать кого из престарелых ждут уж точно не на Небесах, как весь коридор, состоявший из пёстрых платков и запаха нафталина, ломанулся прочь из поликлиники судорожно крестясь и отплёвываясь.
Отхохотавшись, врачи вновь накормили «героя» за «избавление», и вновь приступили к нелёгкому делу врачевания болезней.
— Как Игорь? — глаза лаборанта сверкнули огоньком неподдельного интереса и сочувствия.
— Лежит, — Амалия мягко высвободилась из хватки медсестры и, извинившись, попросила пару минут на разговор с «братом».
— Я всё никак не пойму, — Гриша аж приплясывал, не в силах более скрывать шалившие нервы. — Почему Кощей бросил нас здесь? Дураку же понятно, что нас здесь найдут в миг, как только прознают что мы не под защитой Бессмертного!