Снаружи видели вспышки выстрелов, жуткие крики и вой раненых и умирающих людей и нелюдей. Спецназ робко переглядывался, мокрые от пота ладони сильнее обхватывали рукоятки автоматов. Время неумолимо продвигалось вперёд, пока… не наступила тишина.
— Ивангелий! Иван! — зло прорычал в рацию Карпенко, отбросил кусок пластика на асфальт и выскочил из машины. — Приказ боевым машинам: огонь по первому этажу!
Крупнокалиберные пулемёты БТР-ов и БМП ударили почти слаженно, в такт. Куски кирпича, не разрушенные предыдущим обстрелом, теперь разлетались в мелкое крошево под напором бронебойных снарядов. Казалось, всё живое, что ещё могло находиться внутри, на первом этаже, должно было умереть, разлететься на тучу мелких брызг, превратиться в труху.
Анна с ужасом наблюдала за огромными клубами пыли и мусора, что вылетали из окон и чёрного зева прохода поликлиники. В том кромешном аду, что разворачивался сейчас на первом этаже первой клинической больницы, в том ужасном месиве из бетонной и кровавой пыли боролся за жизнь человек. Один единственный… против всех.
Из окон второго и третьего этажа ударили гранатомёты. Два БТР-а коротко вспыхнули, воздух вокруг машин вздрогнул от страшных взрывов, разбросавших на сотни метров части корпусов техники. Впрочем, готовые к подобному развитию событий армейские снайперы ударили точным, ответным огнём и пара-тройка фигур в окнах болезненно вскрикнули и исчезли из поля зрения. Тишина вновь опустилась на центр города, охватывая морозными объятиями каждое сердце, каждое тёплое тело.
Карпенко нервно сглотнул, силясь обуздать страх сковавший всё тело. Рука несмело вытянулась в сторону полуразрушенного здания, голос дрогнул:
— Убить! Уничтожить!!! Камня на камне не оставить!
Из-за спины вампира с рёвом выметнулись две группы вурдалаков, что таились в двух последних КамАЗах. Во главе каждой колонны с автоматом наперевес бежал избранный для роли «ефрейтора» кровосос. РосГвардия и армейский спецназ с грозным гудением и щёлканьем перезаряжали оружие, готовясь к последнему решающему штурму. Было видно, как силы подручных Некромекона сконцентрировались, устремляясь в последнюю атаку.
*****
Игорь с трудом разлепил глаза. Темнота. Серая, почти чёрная и пахнущая старым цементом. Демоноборец пошевелил пальцами рук, затем ногами и лишь потом напряг всё тело, выбираясь из-под завала. Побелка со стен и увесистые бетонные камни с хрустом посыпались, открывая молодому человеку вид на измождённое от постоянных ударов тело.
В ушах противно свистело, руки бесцельно шарили по полу надеясь отыскать меч. Нос отказывался дышать, а грудь раз за разом едва-едва вздымалась от редких вздохов.
С улицы послышались шаги. Множество ног, сбиваясь с единого ритма, приближались всё ближе и ближе. Отчётливей стало слышно бряцанье оружия, а сильный запах гнилой крови вновь ударил воина Света в нос.
До слуха долетели обрывки фраз. Кто-то яростно отдавал приказы, один страшнее другого:
— Обыскать… уничтожать… в живых не оставлять! Вперёд!
Ладонь наткнулась на шершавую рукоять и на первом этаже поликлиники посветлело, когда меч Архангела Михаила опознал нового хозяина. По предплечью прокатилась и быстро утихла озорная судорога, а в побитые и усталые мышцы Игоря, подобно воде по трубам, начали проникать неизвестно откуда взявшиеся силы.
Следом пришла ярость. Обжигающее чувство начало формироваться в центре груди и расползалось по венам, взывая к самым тёмным аспектам человеческой души. И в этот раз сдерживать пороки Скрябин не собирался.
Поднявшись на ноги, демоноборец приблизился в оконному проёму и огляделся. К больнице смешно продвигалась толпа человек в двести. Разношёрстная, та состояла из людей, вурдалаков и кровососов, что объединились лишь для одного дела — убийства невинных.
Меч ощутил настроение хозяина. Ощутил всю ненависть на нежить и склонившую пред ней голову людскую братию. Наказанием для всех могла стать лишь Смерть.
Скрябин поднял глаза на небо, с губ внезапно сорвались слова на незнакомом языке. Молодой человек не знал, что утекало в мир из груди, но прекрасно представлял, что ему требуется.
*****
Облака над головами последователей Некромекона начали с тревожным гулом сгущаться. До слуха Карпенко донеслись первые раскаты грома и едва вампир глянул на внезапную непогоду, как пространство, рядом с главой штурмующих, разорвала короткая вспышка молнии. Толстый, размером с неплохую осину, разряд вспорол старый асфальт, глубоко погружаясь в плоть города. Мелкие осколки и ударная волна с силой хлестнули по вампиру, относя того далеко за ровные ряды припаркованных машин РосГвардии.