Пиров хотел орать и кататься по полу от боли, но страшнейшим усилием воли пресёк порыв и вопреки ожиданиям последовательницы Некромекона, поднял лицо и вперился последним оком в лицо торжествовавшей Самии.
Губы могучего волшебника дрогнули, на пол вновь заструились тонкие ниточки слюней и крови:
— Мне даже одного глаза хватит, чтобы увидеть твою гибель, хренова стерва! А буду смотреть, как твои кишки намотают на меч и поднимут к небу, дабы те изжарились под нестерпимым жаром полуденного солнца! А потом я с удовольствием спляшу на твоём прахе!
— Это мы ещё посмотрим, — женщина без замаха рубанула смертоносной рукой по груди беспомощного врага и, с удовлетворением отметив, как скрежетали кости под страшной остротой, развернулась на сто восемьдесят градусов. Выйдя из темницы, колдунья приблизилась к ожидавшему её приказов минотавру-палачу:
— Пытки прекрати и удостоверься, что это ничтожество доживёт до окончательного падения Ордена! Мне он нужен живым…. для удовольствий.
На последнем слове ведьма широко и зловеще улыбнулась, представляя картины сладкой мести за тысячелетия унижений и позорной беготни от ищеек Ордена Света. Тьма возьмёт своё и уже очень скоро! И тогда каждый живой на своей шкуре поймёт, что такое гнев бывшего Хозяина!
*****
— Уртулий, можно тебя на пару слов? — Игорь приблизился к пятёрке вампиров, что не спеша потягивали пиво из ближайшего холодильника. Собеседники начальника охраны мазнули по молодому человеку недовольными, и в тоже время, уважительными взглядами и продолжили обсуждать что-то своё, «кровосостское».
— Конечно, — кивнул старший группы и быстро поднявшись, прошёл вместе с воином Света на небольшую кухню.
Задвинув шторки, кровосос вопросительно уставился на демоноборца, сложив толстые от мышц руки на груди. Внушительности Уртулию добавляли коричневая кобура скрытого ношения, что сейчас очень сильно контрастировала с белой рубашкой, расстёгнутой на груди на три пуговицы.
— Во-первых, есть ли здесь переодеться и душ? — осмотрев все свои грязно-серые разводы на теле, вопросил Скрябин.
— Ребята нашли всё необходимое в хвосте самолёта, — вампир указал пальцем дальше по коридору и подозрительно сощурился, — Так, а на самом деле чего хотел? Уж, думаю, ради душа ты бы меня отвлекать от холодного пива не стал!
— Верно, — не стал отпираться и наводить «тень на плетень» новый Архангел. — Сообщение о планах Кронштадского по войне с Орденом вы с Короваровым передали кому? Ордену?
— Нет, — почесав правый висок, призадумался начальник охраны. — Кощею, вроде. Ну, да! У него встреча была тогда же с нашим главой, буквально через пару дней после совета кланов. А почему ты спрашиваешь? Подозреваешь его в чём?
— Нет, — отрицательно покачал головой Игорь. — Он конечно и Царь Тьмы, и всё же доказал свою преданность и заинтересованность в борьбе с Некромеконом.
— А чего ж тогда ты… — открыл было рот Уртулий, но воин Света развёл руками раньше:
— А вот не знаю. Что-то тут не чисто… Кажется мне, что и в окружении Кощея предатели и «крысы» завелись и шебаршат, да шебаршат.
— Ты бы выдохнул, Игорь, — вампир доверительно похлопал человека по плечу. — Иди в душ, расслабиться постарайся. Я понимаю, на тебя свалилось много чего за эти несколько дней и голова кругом! Вон, теперь под каждым камнем тебе шпионы мерещатся! Иди, отдохни.
Скрябин с сомнением посмотрел на добродетельного кровососа. Представить только: монстр Сумрака советует убийце нечисти пойти освежиться и не думать лишнего. Слов нет, мат один.
— Зёрна истины в речи твоей слышны, — высоким слогом ответствовал новому знакомому демоноборец. — И я, пожалуй, соглашусь с тобой.
— Слушай, Омар Хайям, шёл бы ты… в ванную комнату, — без злобы подтрунил над Архангелом Уртулий и, развернувшись на месте, вышел из кухни.
Воин Света проследил за покачнувшейся вслед вампиру шторкой и, тяжело вздохнув, отправился по направлению к вожделенной гигиене.
Разобраться с управлением душевой кабинки оказалось легче, чем найти сменную одежду. Предприимчивые кровососы уже успели растащить часть вещей на собственные нужды и начальнику охраны стоило немалых нервов найти хоть что-то для голого демоноборца с полотенцем на бёдрах.
Впрочем, насладиться мягкостью итальянской ткани Игорю было не Судьба. Едва охотник на нечисть опустил зад в кресло, как под потолком самолёта захрипел динамиком голос главного пилота: