Халев любил слушать Ефрафу. Она прекрасно знала историю своего народа и рассказывала ему то, чего он никогда раньше не слышал. Она была красноречивее Завдия и всех старейшин! Каждая частица информации, полученная от нее, помогала Халеву узнать выбранное им племя и стать его частью. Он улыбался, когда его сыновья подсаживались поближе к ней, стараясь не пропустить ни слова. У его новой жены был настоящий дар рассказчика. Теперь, узнав ее, он стал дорожить ею. В своей вере она была такой же упрямой, как и он. Даже Иериофа, которая скоро должна была родить второго ребенка, привязалась к Ефрафе.
— Моисей плыл мимо крокодилов и больших ядовитых змей. — Ефрафа волнообразно двигала руками, когда рассказывала историю о Моисее. — Но никто в реке не обращал на него внимания, даже мудрые ибисы. Избавитель Израиля проплывал совсем рядом с ними, они могли легко достать его, но они об этом не знали. И Господь отправил ребеночка… прямо в руки дочери фараона, Его врага. А потом сестра Моисея, Мариам, вышла из своего укрытия и сказала, что малышу нужна кормилица, и если госпожа пожелает, она найдет ее. Госпожа, конечно, пожелала, ведь молока у нее не было. Вот так мать Моисея, Иохаведа, получила обратно своего сыночка. — Ефрафа засмеялась. — Господь посмеется над Своими врагами, потому что у них нет силы против Него.
Этой ночью Халев прижал Ефрафу к себе. Он шепнул в ложбинку на ее шее:
— Ты стоишь столько золота, сколько ты весишь.
Завдий и другие старейшины из племени Иуды созвали всех глав семейств. Моисею нужны двенадцать разведчиков, чтобы пойти в Ханаан, — по одному из каждого племени. Мужи Иуды должны выбрать своего представителя.
С десяток человек пожелали пойти в эту землю, среди них был Халев. Он вздрагивал от одной мысли о том, что, когда они пойдут в Ханаан, над ними не будет Бога. Но, с другой стороны, если его все же выберут, он и его семья всегда будут в почете.
— Разрешите мне! Я не боюсь. Пошлите меня!
Все заговорили одновременно, и его не слышал никто, кроме стоявших рядом мужчин. Они презрительно посмеивались. Старейшины собрались вместе для обсуждения.
— Для такого похода нам нужен юноша без жены и детей.
— Нет гарантий, что этот человек вернется живым.
— В той земле живут великаны. Потомки Енака.
После этих слов многим расхотелось идти в Ханаан.
Голоса зазвучали громче.
— Пусть каждая семья предложит своего человека, и мы бросим жребий. Так и узнаем, кого Господь хочет послать.
Понимая, что в этом случае у него нет шансов, Халев прошел в середину круга.
— Я пойду. — Его сыновья будут жить среди Божьего народа, даже если ему придется ради этого пожертвовать своей жизнью.
Все собрание затихло. Несколько человек посмотрели на Завдия.
Старец отрицательно покачал головой.
— Нет.
Халев взглянул на старика, которого он спас.
— Почему нет? — Он оглядел круг. — Я не вижу много желающих идти туда.
— У тебя две жены и сыновья.
— И еще целая куча народу, которые пришла с ним! — выкрикнул кто–то сзади.
Внутри Халева все закипело, но он заставил себя выдавить кривую улыбку.
— Почему бы не послать этого пса, если он так хочет обнюхать Ханаан? — сказал кто–то. Некоторые смеялись, другие выкрикивали свое согласие. — Ну, что скажете? Пошлете вы этого Халева? — Сквозь смех все больше голосов выражали свое согласие. Халев смеялся громче всех. — Смейтесь надо мной, если вам так хочется, но пошлите меня. Если я умру в Ханаане, что вы потеряете?
— Ничего!
— Хватит! — закричал Завдий. — Послушайте меня! — Мужчины притихли. — Моисей сказал, что это должны быть вожди, лучшие люди. Тот, кто высмеивает своего брата, не вождь. — Халев почувствовал, как кровь прилила к его лицу, но понял, что сердитый взгляд Завдия был направлен на того, кто первый заговорил обидные слова. Тот опустил глаза. Завдий посмотрел на остальных. — Итак, кто будет представлять Иуду в этом опасном задании? Кто хочет этого, сделайте шаг вперед. Если нет, то молчите.
Ободренный защитой Завдия, Халев шагнул в середину круга.
— Пошлите меня.
— Ты не подготовлен.
— Разве я не сражался против амаликитян с Иисусом Навином?
— Ты мой друг, Халев, но ты не…