- Так ведь Ховард вообще не любил говорить о восстании, - заметил Ховард. - Мы же решили, что он пережил там какую-то психологическую травму.
- У Чэ никак не мог об этом знать, - откликнулся Джек. - Вероятнее всего, он принял реакцию Ховарда за нежелание поделиться неким открытием.
- Мне кажется, Ховард пожалел о своей откровенности и твердо решил не повторять прежней ошибки, помалкивать о петроглифах, - проговорила Катя. - Получив письмо, он наверняка припомнил раговор с У Чэ и сам не на шутку встревожился. А ведь если догадка Джека верна, то они с Уохопом заключили в джунглях некое соглашение. Возможно, тогда-то он и передумал публиковать текст лекции.
Костас казался озадаченным.
- Но откуда у китайского диплотама такой интерес к древнеримским петроглифам на юге Индии? При чем тут опиум?
Катя замялась.
- Потому-то я и рассказала вам про Первого императора. Тут имеется связь. И еще какая, надо сказать. А вы станете первыми из непосвященных, кто услышит эту историю. - Она набрала в грудь побольше воздуха. - Готовясь к загробной жизни, Первый император поручил следить за неприкосновенностью усыпальницы своим самым преданным телохранителям - воинам его клана, проделавшим вместе с ним путь из родных северных степей до Китая. То были ковечники-монголы, свирепые всадники, от семени которых произошли впоследствии Чингисхан и самая ужасная армия, какую знавал мир. Телохранители императора носили тигровые шкуры поверх доспехов, а бой вели огромными мечами. Они называли себя воинами-тиграми.
Джек бросил на Катю пристальный взгляд.
- Продолжай.
- Всего их было двенадцать - личный эскорт из самых приближенных. Шестерка считалась священным числом Первого императора, и ее производным приписывали особое могущество. Эти воины держались в тени даже при жизни повелителя и обнаруживали себя лишь перед его врагами, а у тех уже не оставалось шанса поведать другим об увиденном. Со временем один из телохранителей стал главным убийцей, больше других приблизился к императору; с тех пор его начали именовать воином-тигром. На смертном ложе император поручил двенадцати веным охранять внешние рубежи своей гробницы. Заботу о внутренних палатах возложили на род, обитавший в окрестностях усыпальницы; обязанности хранителя передавались по наследству. С двенадцати воинов взяли клятву, что их потомки проникнут в сианьское общество в роли придворных, чиновников, военных офицеров, образуют незримую силу, всегда готовую нанести удар. Им пообещали бессмертие, приравняв его к бесконечному перерождению: они навеки останутся земным авангардом терракотовой армии, погребенной подле императорской гробницы. На протяжении двух тысяч лет воинам-тиграм удавалось беречь усыпальницу в неприкосновенности - от грабителей, последующих императоров, археологов. Но было одно исключение.
- Что-то все-таки похитили, - пробормотал Джек.
Катя кивнула.
- В гробнице находилось немало диковинных сокровищ, однако лишь ее хранитель и двенадцать воинов знали о том из них, что было заложено в высшей точке искусственных небес, непосредственно над некрополем. Сыма Цянь, автор "Исторических записок", ничего о нем не слышал.
- Пара драгоценных камней, - прошептал Джек. - Соединяясь, они порождали свет, способный затмить звезды в небесах. Камень о двух частях. Самоцвет бессмертия.
Катя смерила его пристальным взглядом, потом тихо заговорила:
- На последнем этапе похоронного обряда хранитель в одиночестве прошествовал из центральной палаты к выходу, после чего запечатал склеп на веки веков. По какой-то причине воины заподозрили, что он похитил величайшее из сокровищ. Со временем их подозрения лишь укрепились: старик прожил необычайно долго, перевалив за сотню лет. Среди степных монголов такое было не редкостью, но воинам не требовалось других доказательств: долголетие хранителя недвусмысленно указывало на некий предмет, которому полагалось оставаться в гробнице, чтобы император смог когда-нибудь возродиться и освободить их от тяжкой службы. Смерти хранителя им лицерзеть не пришлось. Он вернулся в северные степи, перепоручив свои обязанности сыну, что впоследствии стало традицией. Однако пять поколений спустя бесследно исчез сын очередного хранителя. Вместо степей он направил стопы на Запад, за пределы империи, чего делать не следовало. Двенадцать воинов решили дейстоввать. Воин-тигр ринулся в погоню.