Хэйс надел китель «Формы А» и собрался бежать в «Бак», как большая часть персонала Пентагона называла Золотой зал. Он кивнул Патрику и направился к дверям. — Еще увидимся, Маклэнэхан. Удачи. — В кабинет вбежал еще один помощник с папкой, отдал ее Хэйсу и тот спешно вышел. За ним вышли его заместитель и начальник оперативного отдела.
— У меня сообщение для вас, сэр, — сказал помощник Патрику. — Ваш гражданский адвокат ожидает вас у главного входа.
— Гражданский адвокат? — Спросил Патрик. — У меня нет гражданского адвоката. — Помощник пожал плечами и вышел, оставив его одного.
Путь до главного входа был неблизок и тяжел, а еще больше предстояло пройти по улице под слабым солнцем в сизом небе. Патрику казалось, что ему следовало снять фуражку и китель с погонами и лентами. Он ощущал какую-то странность, когда младшие по званию офицеры отдавали ему честь, словно был шпионом, укравшим форму, чтобы проникнуть в это место. Он уже был изгнан из ВВС почти все время, проведенное в этом месте, и даже не знал этого. Теперь Пентагон казался ему чуждым. Несколько часов назад он пришел сюда с опаской, но это ощущение было частью этого места. Теперь все у него было отнято.
У входа он не увидел никого, кто бы высматривал его. Но с адвокатом ему говорить было не о чем, так или иначе. Трибунала не будет, никакого суда, никакой возможности оспорить обвинения. Он просто уже был вне системы.
Прямо перед главным входом в зоне запрета парковки стоял большой черный лимузин. Рядом с ним стояла очень похожая на агента Секретной службы женщина в длинном черном пальто, так что он подумал, что машина ждала министра обороны или председателя комитета начальников штабов, чтобы доставить их в Белый дом.
А вот действительно интересно, подумал Патрик. Его служба прошла действительно интересно и очень нестандартно. Он подумал обо всех операциях и ситуациях, в которые оказался вовлечен за последние двенадцать лет и подумал о том, сколько раз из-за него звонил «Бэтфон», сколько раз начальник штаба ВВС стоял навытяжку перед председателем комитета начальников штабов, министром обороны или даже президентом и не мог объяснить, что происходит, потому что Брэд Эллиотт не сообщил ему о том, что намерен делать прежде, чем начать это делать? Сколько таких лимузинов летело по улицам из-за них? Сколько бессонных ночей, гневных тирад, докладных, угрожающих звонков пришлось пережить другим, сколько людей потеряли свои должности из-за того, что HAWC привык действовать по-своему?
Это не имело значения. Все было кончено.
Но когда Патрик направился мимо лимузина к стоянке такси, чтобы отправиться в гостиницу, «агентесса» подошла к нему.
— Прошу прощения. Генерал Маклэнэхан?
— Да?
Она сняла темные очки и улыбнулась.
— И так не узнаешь, Патрик?
Он присмотрелся к ней, и разум, наконец, вернулся к настоящему.
— Марсия? Марсия Престон? — Он крепко пожал ей руку и обнял. — У тебя есть привычка появляться неожиданно. — Марсия Престон была одним из первых боевых пилотов-истребителей Корпуса морской пехоты США, но ее служба в этом качестве была недолгой. Ее знания и опыт, знание военных возможностей других стран, тактики как наземных, так и воздушных боев привели ее на должность помощника двух подряд советников президента по национальной безопасности. Патрик посмотрел в окно лимузина но, конечно, ничего не увидел. — И с кем работаете сейчас, полковник? Последнее, что я знаю, это то, что ты работаешь у генерала Фримана из аппарата советника по национальной безопасности.
— Я больше не полковник, Патрик, — ответила она. — Мой новый начальник хочет поговорить с тобой. Он ждет тебя.
— Ждет меня? Здесь?
— Здорово, генерал! — Патрик повернулся на фамильярный голос и с удивлением увидел, как из лимузина показался никто иной, как Хэл Бриггс.
— Хэл? Ты что здесь делаешь?
Хэл Бриггс махнул рукой, указывая, что в машине они могут поговорить скрытно.
— Получил предложение, от которого не смог отказаться, сэр.