— Мне было разрешено провести совещание с полковником Бриггсом, старшиной Уоллом, майором Уэстоном и другими участницами операции, приземлившимися в Борисполе, — ответил Смолий. — Я буду проводить анализ российских систем ПВО и эффективности ваших технологий снижения заметности. — Он вопросительно посмотрел на Люгера. — Могу я спросить, что вы здесь делаете?
— Нет, не можете.
— Почему вы не были на церемонии, и не участвовали в разборе полетов?
— Не ваше дело.
— Конечно, — кивнул Смолий. — Я не ваш командир и не могу требовать ответа.
— Чертовски верно.
— Это ваш выбор, — Смолий внимательно посмотрел на Люгера и добавил: — Zdyes ooyeezhzhayoo seechyas — Вы можете уйти.
Глаза Люгера притерпели необыкновенные изменения — его взгляд мгновенно стал кротким и пассивным, но через мгновение его глаза засветились бешеным гневом, а затем его взгляд мгновенно снова стали безучастным. Он словно снова вернулся в тот гадюшник, в котором оказался заключен в Литве годы назад, превращенный в робота, выполняющего команды жестоких садистских надзирателей, затем на мгновение обрел волю к сопротивлению, затем в то же мгновение закрылся в пассивном, защитном состоянии, затем снова вспыхнул от гнева, будучи готовым убить. — Idi k yobanay matiri, — сплюнул он.
Люгер попытался пройти мимо Смолия, но крупный украинский генерал протянул руку, перекрывая ему проход.
— Вы больше не заключенный, полковник, — сказал он. — Вы свободный человек, американец. Вы полковник и инженер ВВС США. — Глаза Люгера сверкнули. — Я больше не враг. Я больше не ваш мучитель. Я не заслуживаю того, чтобы вы так выражались по поводу моей матери.
— Вы всегда останетесь тем больным ублюдком, издевавшимся над беспомощным сломленным человеком в «Физикусе», — выпалил в ответ Люгер. — Я убью вас, если смогу.
— Я знаю, что вы испытываете, полковник…
— Черта с два!
— Знаю, — настоял Смолий. — Увидев вас спустя годы после «Физикуса» я осознал, каким бессердечным и жестоким уродом я был тогда. Я не мог думать ни о чем другом с момента нашей встречи, полковник, ни о чем! Мысли о том, как я испортил вам жизнь не давали мне покоя каждую ночь! — Он на мгновение присмотрелся к Люгеру и добавил: — Как и вам, насколько я понимаю. Из-за этого вы не в силах даже поговорить с капитаном Дьюи и майором Девериллом, потому что тогда вам придется рассказать, как вы попали в плен к русским, а это для вас непереносимо. Даже при том, что это было в другом месте, в другое время и совершенно в других обстоятельствах, это был бы для вас допрос, и вы бы этого не вынесли.
— Idi v zhopu, Смолий! Поцелуй меня в жопу! — Закричал Люгер по-русски и по-английски, оттолкнул крупного украинца и бросился прочь.
Штаб Центра высокотехнологичных аэрокосмических оружейных разработок, авиабаза Эллиот, Невада, на следующее утро
— Заходите, мужики, — сказал генерал-лейтенант Террилл Самсон, когда Патрик Маклэнэхан и Дэвид Люгер показались в дверях. Стояло раннее утро. Все они появились на рабочих местах раньше, чем обычно. Патрик и Дэвид увидели электронное письмо от Самсона с требованием явиться к нему сразу же, как прибыли. Настроение у них было довольно мрачным — Самсон явно намеревался что-то им сказать.
— Двери закройте. — Оба младших офицера испытали ужас. Совещание за закрытыми дверями. Вот дерьмо.
Закрыв двери, Патрик и Люгер направились к креслами, Самсон также занял своем место во главе стола. Место силы, позиция власти, подумал Патрик. Самсон обычно садился на первое попавшееся место в кабинете, рядом с офицерами, настраивая их на дружественную атмосферу и демонстрируя равенство. Не к добру это было.
Патрику не пришлось долго ждать падения молотка на свою голову.
— Генерал Маклэнэхан, полковник Люгер, я жду от вас рапорты об отставке сегодня же, — прямо сказал Самсон.
— Что? — Воскликнул Люгер.
— Могу я спросить, почему, сэр? — Немедленно добавил Патрик.
— Потому, что в противном случае я буду вынужден выдвинуть против вас обвинения в неподчинении, отдаче незаконного приказа, несанкционированном использовании государственной собственности, несанкционированном использовании военной силы, несанкционированном вторжении в воздушное пространство иностранного государства и поведении, недостойном офицера. Также мне придется выдвинуть те же обвинения против полковника Фёрнесс, так что она пойдет вслед за вами. Полковнику Люгеру будут предъявлены обвинения в невыполнении законного прямого приказа, нарушении субординации, нарушении служебного долга, а также поведении, недостойном офицера. Все эти преступления в случае признания их трибуналом, караются лишением свободы на срок пятнадцать лет, конфискацией средств, лишением звания и увольнением из вооруженных сил с лишением прав и привилегий. Мне бы хотелось избежать этого, посему я прошу вас подать в отставку.