— Это довольно легкие цели, учитывая, какие вооружения Маклэнэхан имеет в распоряжении, сэр, — сказал генерал-лейтенант Террилл Самсон.
— Мы можем организовать круглосуточное дежурство самолетами ДРЛО и арестовать его, как только он появится, — сказал Хэйс. — Мы запретим все несанкционированные полеты в регионе. Нескольких истребителей с заправщиками будет достаточно. Мы можем начать операцию немедленно.
— Найдите его, — с горечью в голосе распорядился президент. — Меня не волнует, если вам придется отправить все истребители, имеющиеся в наших ВВС. Найдите его. Больше никакой самодеятельности из-за угла. — Он взглянул на Гоффа, а затем перевел взгляд не Самсона.
— Генерал, можете обеспечить мне связь с Маклэнэханом?
— Сэр?
— По этому подкожному передатчику, которые используют в «Дримлэнде», — сказал президент, тыча пальцем в его левое плечо. — Они же работают в любой точке мира, верно?
— Да, сэр. Но я уже пытался связаться с генералом Маклэнэханом и членами его команды. Ответа не было.
— Он считает, что вы его предали.
Самсон застыл на мгновение и пожал плечами.
— Я не понимаю, как можно пре… — Он остановился, видя понимающий взгляд Торна, и кивнул. — Да, сэр, он именно так и считает.
— Он считает, что и я его предал, — пояснил президент. — Он полагает, что я пускаю Соединенные Штаты на самотек.
— Сэр, что думает Маклэнэхан, не имеет значения, — решительно сказал Самсон. — Он офицер… Я имею в виду, он был офицером, и должен был выполнять приказы.
— Вы же знаете, где он, генерал, не так ли?
— Сэр? — Напряженно сглотнул Самсон.
— Маклэнэхан может не отвечать, но эти имплантаты позволяют отслеживать местонахождение и состояние носителя, — сказал президент. — Вы сами сказали это. Вы точно знаете, где он, но не сообщили этого генералу Венти или министру Гоффу. Почему?
— Какого черта, Самсон? — Воскликнул Венти. — Вы удерживали эту информацию все это время?
— Сэр, никто не приказывал мне найти Маклэнэхана, — ответил Самсон.
— Прощайтесь со своими звездами, генерал, — прогрохотал Венти. — Вы только что попались.
— Разрешите начистоту, сэр?
— Не разрешаю! — Рявкнул Венти.
— Спокойно, генерал, — вмешался президент. — Слушаю вас, генерал Самсон.
Самсон поколебался, но всего на мгновение и с вызовом посмотрел на президента.
— Сэр, мне не нравится то, что делает Маклэнэхан, но только потому, что он делает работу за меня.
— За вас?
— Моя задача состоит в том, чтобы найти придурка Казакова и его малозаметный истребитель, чтобы сбить его, а не пытаться сбить наши собственные самолеты, — сказал Самсон. — Сэр, вы можете быть не готовы либо не иметь решимости действовать, это нормально. Вы президент и вы мой верховный главнокомандующий, и ваше слово решающее. Но когда честные офицеры, такие, как Маклэнэхан, все-таки решили действовать, они не должны подвергаться преследованиям со стороны собственного правительства.
Самсон посмотрел на Венти, на Хэйса, на остальных и снова на президента.
— Если вы прикажете мне найти Маклэнэхана и привести его сюда, сэр, я сделаю это. Я использую все средства, имеющиеся в моем распоряжении, чтобы сделать это.
— Хорошо. Я даю вам прямой приказ, генерал Самсон, — сказал президент. Он помолчал и продолжил: — Генерал, я хочу, чтобы мне установили подкожный передатчик. Сегодня. Прямо сейчас.
— Сэр?
— Вы меня услышали. Делайте звонок и доставьте его сюда немедленно.
— Но… Но что насчет Маклэнэхана? — Вставил Базик. — Как нам его остановить?
— Я поговорю с ним. Я хочу услышать его, — сказал Торн. — Если он превратиться в какого-то террориста или супергероя-вигиланта, мне нужно сделать это лично. Если я решу, что он, или те, кто рядом с ним, слетают с катушек, я отправлю каждый самолет и каждого солдата за его задницей.
Тирана, Республика Албания, две ночи спустя
Уже в вторую ночь толпа собиралась перед четырехэтажным офисным зданием через дорогу от посольства Германии в столице Албании Тиране — штабом миротворческих сил ООН, состоящих, в основном, из российских и немецких войск. Их задачей была охрана юга албанско-македонской границы. После того, как мировые СМИ объявили о сделке между Павлом Казаковым и российским правительством, массовые протеста вспыхнули по всем Балканам, но наиболее громкими они были в Тиране. Правительство Германии, считавшееся пособником России, стало для протестующих равной целью.