— Семья создана и семья связана, — прошептали звезды, и по тому, как все замерли и посмотрели вверх, я понял, что они тоже это слышали. — Дар для изломанных душ, для жестоких судеб и более жестоких путей. Когда мир погрузится во мрак, ищите свет друг в друге.
— Смотрите! — воскликнул Леон, когда тяжесть этого голоса ушла, и я опустил голову, чтобы обнаружить, что он указывает на половину восьмерки между указательным и большим пальцами. — У тебя тоже есть! — он схватил мою руку, дернул ее вверх, чтобы соединить с моей, и когда наши знаки соединились, образовав символ бесконечности, я почувствовал, как моя связь с ним вспыхивает и разгорается.
— Оххх, блядь, как же это приятно, — вздохнул Леон, и я отдернул руку, шлепнув его по ней.
— Не порти все, засранец, — сказал я, и он ухмыльнулся.
— Черт возьми, у меня их две, — сказала Элис, глядя на свои руки, которые обе были помечены символом, но когда я протянул руку, чтобы коснуться одной из них, я почувствовал жгучую силу на ее коже и понял, что она изо всех сил пытается ее сдержать. На ее щеках все еще оставались следы от слез, и хотя она смотрела на меня с отчаянной и бесконечной любовью во взгляде, я знал, что внутри нее тоже борются боль и горе.
— Мы можем образовать бесконечный круг, — сказал Леон, его глаза выпучились.
Прежде чем он смог заставить нас сделать это, я поймал Элис за шею и притянул ее к себе в яростном поцелуе, во мне бушевала потребность укрепить эту новую связь между нами. Она прижалась ко мне, тихо застонала, и мне потребовалось все возможное, чтобы не сорвать с нее одежду прямо здесь, посреди дороги. Но поскольку воздух вокруг нас, казалось, гудел и звенел от силы, которую она пыталась сдержать, я знал, что сейчас у нас есть более важные дела. Ей нужно было положить этому конец. Украденную магию нужно было вернуть звездам, иначе наше счастливое будущее не продлится дольше этого момента.
Я крепко обнял ее, отдавая часть своей силы, и Элис резко вдохнула, сила прокатилась по ее телу, когда она перевернулась, чтобы лечь рядом со мной, и я понял, что настал момент, когда она должна изгнать эту силу.
Я задался вопросом, всегда ли звезды планировали, что мы впятером окажемся здесь, или же любая судьба — это просто вращающаяся монетка, которая ждет своего часа. Пока звезды подмигивали и сверкали на нас, на меня снизошло видение будущего, открывающегося перед нами, совершенной сладости, ожидающей нас в нашей жизни. Но на периферии моего Зрения я видел Лайонела, ведущего все королевство к какой-то непроницаемой тьме, от которой мое сердце неприятно сжималось. И я знал, что рано или поздно наступит время, когда мне придется вступить в войну, о которой я еще ничего не знаю. Но когда я посмотрел на мою девочку и на силу, кипевшую в ее глазах, я понял, что у нас есть своя война. Ей нужно было отпустить эту бесконечную магию, иначе мы потеряем ее навсегда.
57. Элис
В моей груди бурлили противоречивые эмоции, горе и боль сталкивались с любовью и счастьем, а огромная сила внутри меня горела желанием что-то со всем этим сделать.
Но все было не так, как раньше. Голоса, призывающие меня к действию, затихли после того, как я пролила кровь за них, и я смогла отодвинуть их желания в сторону и сосредоточиться на своих собственных. Эта сила требовала выхода, и я хотела кое-что с ней сделать.
Я стояла в стороне от группы своих партнеров, соблазненная этой ослепительной силой, которая бурлила в моих венах и заглушала во мне все, кроме потребности использовать ее.
— Элис, — позвал меня Габриэль, и мои глаза метнулись к его глазам, когда сила затрещала по моим конечностям и наполнила меня удовольствием. Все они стояли на ногах, глядя на меня так, словно я держала их сердца в своих руках и собиралась украсть их навсегда. — Тебе нужно отпустить эту силу к звездам. Ты не сможешь долго контролировать ее в таком состоянии. Она не предназначена для тебя.
Я нахмурилась на него, сила во мне вспыхнула, словно ей не понравился этот довод. Она хотела остаться запертой внутри меня. Она хотела, чтобы я использовала ее и делала все то, чего так жаждала. Она была бесконечной, безграничной, и с ней ничто и никогда больше не могло причинить мне боль.
— Детка, — прорычал Райдер. — Послушай его. У тебя есть все, что тебе нужно, прямо здесь, без этого.
— Torna da noi, amore mio (п.п. Возвращайся к нам, любовь моя.), — добавил Данте.