— Я не смог бы сделать это без тебя, маленький монстр, — я провел большим пальцем по ее грязной щеке, когда на поле началась вечеринка, а Оскуры начали петь какую-то старую песню на фаэтанском.
Это был самый невероятный момент, ни единой частички тьмы не было в нашем мире в этот момент.
Чистое счастье лилось от Элис и моих мускулистых, грязных Львиц, и это было самое блаженное ощущение в моей жизни. Каким-то образом моя ленивая задница превратилась в человека, способного создать целый Прайд, выиграть турнир академии по питболу и невероятным образом пленить сердце этого совершенного существа, стоящего передо мной. И я понял, что, возможно, я годами мечтал о том, чтобы мечта о питболе сбылась, но моя самая настоящая мечта стояла прямо передо мной. И я никогда не отпущу ее.
60. Элис
ЕЩЕ ТРИ ГОДА СПУСТЯ…
С лужайки за окном до меня доносился шум толпы, достаточной для того, чтобы заполнить чертовски большой рок-концерт, а пьянящий аромат летних цветов доносился с ветерком и трепал мое длинное сиреневое свадебное платье по ногам.
— Ради любви к луне! — выругалась Бьянка сквозь булавки, зажатые между ее губ, когда она зацепила ткань и продолжила последние корректировки.
— Оно и так выглядит идеально, тетя, — простонала Роза, опускаясь обратно на кровать, взъерошивая бледно-розовое платье подружки невесты и заставляя Бьянку ругаться еще громче. — Кроме того, ты же знаешь, что Данте и остальные не позволят ей оставаться в нем дольше пяти минут после церемонии.
— Закрой свой рот, капризный щенок! — взвизгнула Бьянка, махнув рукой в сторону Розали и направив к ней лозу, чтобы поставить ее на ноги.
— Тебе лучше поберечься, тетя — когда я Пробужусь, я буду использовать свою магию земли, чтобы поднимать тебя с ног, когда захочу, в отместку за все эти издевательства! — жаловалась Розали, а я смеялась.
— Кто-нибудь заказывал восемьдесят пять цветочниц и пажей? — позвал Леон с другой стороны двери, и Бьянка вскрикнула в тревоге, прыгая на меня сверху и возводя земляную стену между нами и дверью.
— Успокойся, тетя! — со смехом сказала Розали, перепрыгивая через нас и спеша к двери. — Он даже не открыл ее.
— Я не позволю, чтобы этот союз был проклят звездами еще до того, как он начался! — Бьянка огрызнулась, а затем перешла на фаэтанский язык, снова подтянув меня к себе и принявшись распушать замысловатые кружевные детали моего платья, расправляя его для меня.
— Ммм, я не хочу прерывать или что-то в этом роде, — нерешительно сказала я.
— В чем дело, cara mia33? Мы скоро закончим здесь, — пробормотала она, поправляя подол моей юбки настолько, чтобы он был в самый раз на ее вкус.
— Я знаю, — согласилась я. — Просто ты вроде как уколола меня булавкой, когда прикрывала меня, и я уверена, что у меня кровь на платье…
Бьянка вскрикнула в тревоге, когда Розали разразилась смехом из-за стены земли, а затем раздался звук открывающейся двери. Все младшие братья и сестры Данте, кузены и даже троюродные братья и сестры ввалились в комнату, бегая по помещению и возбужденно завывая. Я заметила среди них и своих маленьких кузин Дженну и Айрис, которые дико хихикали, когда щенки Волков Оскура, перевозбудившись, запрыгали повсюду. Каждая из девочек была одета в маленькое розовое платье с огромной фатиновой юбкой, а мальчики были одеты в серые костюмы с маленькими розовыми галстуками. Я официально потеряла счет количеству пажей и цветочниц, когда их стало тридцать, и решила, что мне плевать на то, насколько большой окажется эта чертова свадьба.
— Я просто хотел спросить, не могла бы ты сделать кучу фотографий для Роари, — раздался голос Леона из-за моего укрытия. — Я не хочу, чтобы он пропустил хоть один момент этого…
— Кто-нибудь, позовите сюда водного элементаля! — завыла Бьянка, прерывая Леона и Розали, когда она вытащила булавку из моей ноги и провела рукой по крошечной ранке, чтобы залечить ее.
— Да. Я сделаю это, — ответила Роза Леону, и веселье покинуло ее голос при этой просьбе.
— Хватит себя винить, маленький щеночек, — твердо сказал Леон. — Рори — большой мальчик. Он сделал свой выбор, и ему было бы неприятно думать, что ты здесь чувствуешь себя ответственной за него. Я знаю, это отстой, что он застрял там, но если ты даже не наслаждаешься жизнью, которой живешь здесь, то это делает его жертву бессмысленной.
— Я все равно когда-нибудь вытащу его, — поклялась она.
— Я знаю, что вытащишь, — согласился Леон. — В любом случае, мне нужно вернуться, мои мамы перегружены работой по подготовке нас четверых, и они выйдут из себя, если я скоро не вернусь на массаж головы. К тому же они все время пытаются убедить Райдера отрастить усы, а он ведет себя крайне скованно. Увидимся там, маленький монстр! — возбужденно воскликнул он, и звук его удаляющихся шагов донесся до меня. Я фыркнула от смеха, задаваясь вопросом, как Львицы готовили моих парней к сегодняшнему дню, и желая быть мухой на стене, наблюдая, как они суетятся над всеми ними.