— Если хочешь, прочитай страницу шестьдесят шесть в моей книге для Львов, там объясняется, как детеныши самцов любят… — начал Леон.
— Я не хочу читать твою книгу, папа, я знаю, что я делаю, — твердо сказал Лука, а затем выругался, осознав, что он сказал.
Я издал негромкий смешок, а Данте распалился, пока мы все не вышли из себя, и Лука, наконец, ухмыльнулся.
— Доброе утро, — ярко сказала ЭрДжей, появившись в своей темно-синей школьной форме «Эльдерхиллс», ее юбка была закатана до уровня выше середины бедра.
— Нет, — я щелкнул пальцем, и лоза ухватилась за подол и заставила его развернуться.
— Папа, ты такой ханжа, — шипела она, затем схватила тарелку с блинами и опустилась рядом с Габриэлем, который поцеловал ее в макушку.
— Привет, дорогая, у тебя хорошее настроение сегодня утром, — сказал Габриэль, его глаза сузились от подозрения, так как он явно пытался понять, почему это так.
— Клянусь, я снова почувствовала прикосновение Зрения, когда проснулась, — она уплетала свой завтрак, рассказывая нам о мелькнувшем видении, в котором она увидела, как ее учитель сделал ей сегодня замечание за то, что она его перебила.
— Ты будешь лучшим Провидцем, чем я, у меня не было ясных видений до восемнадцати лет, — с гордостью сказал Габриэль.
Когда пришло время идти в школу и Лука наконец-то оделся, Данте бросил Луке ключи от своей машины, и мы все вместе проводили их до главных ворот.
— Неужели это необходимо делать каждый день? — простонала ЭрДжей, когда Леон притянул ее к себе, чтобы обнять и прижаться, а Габриэль притянул Луку к себе.
— Ты любишь наши объятия, — настаивал Леон, громко мурлыча, когда он передавал ЭрДжей в объятия Габриэля, а я обнял Луку.
Элис суетилась вокруг них обоих, целуя их в щеки и проносясь вокруг нас со своей скоростью, пока все не обнялись и наши дети не вышли за пределы участка, чтобы отправиться в Академию Авроры. Они сели в супербезопасную, супермедленную машину, которую Леон украл для них, несмотря на их просьбы о яркой смертельной ловушке, и мы все помахали им на прощание, как самые ублюдочные родители на свете, когда Лука закатил глаза, и они отъехали. Мне нравилось смущать этих двоих. Это было чертовски легко.
Я вздохнул, снова тоскуя по Перивинкль, и Леон положил руку мне на плечо. — Они вернутся раньше, чем ты успеешь это понять.
— Да, я знаю. Я просто думал о Пери, — пробормотал я.
— Я тоже скучаю по Винкль, — вздохнул он, и я ударил его по ребрам.
— Вы двое помешаны на ней, — засмеялась Элис. — Она вернется от грумера через час, — Пери любила, когда ее баловали, поэтому раз в неделю она ходила к грумерам, чтобы ей расчесали шерсть. Я был очень удивлен, когда узнал, что призрачные гончие могут жить до двухсот лет, а эта малышка не постарела ни на день с тех пор, как я ее нашел.
Я поймал руку Элис, притянул ее к себе и поцеловал. — Похоже, у нас есть целый час, чтобы убить, детка.
Данте поцеловал шею нашей жены сзади, а я просунул пальцы под длинную рубашку Габриэля, в которой она спала.
— Думаю, ты прав, — промурлыкала Элис.
— Ты собираешься прокатиться на ней, Райдер? — Леон прошептал мне на ухо, и я потрепал его по голове, когда он засмеялся и пощекотал мне бока.
— Сначала я набью тебе морду, — сказал я, разворачиваясь, и он отлетел в сторону, срывая с себя одежду, готовясь к смещению.
Я помчался за ним, пока Габриэль кричал: «Ты его не поймаешь!», и я воспринял это как вызов, выбросив лианы, две из которых рванулись к нему и попытались поймать его за ноги. Леон отпрыгнул в сторону, превратившись в своего Льва, и с хохотом помчался в виноградник рядом с домом.
Я притормозил и повернулся к Габриэлю, когда мне пришла в голову идея.
— О, это сработает, — сказал Габриэль, и я заметил, что Данте перехватил внимание Элис, яростно целуя ее на земле, как проклятый дикарь.
Я должен был проучить этого проклятого Льва и сдержать свое слово о том, чтобы ударить его, но я собирался поторопиться и вернуться к нашей девочке, как только сделаю это.
Габриэль подбежал ко мне, похлопывая по карману, и я закатил глаза, прежде чем сместиться в свою самую маленькую форму змеи, ожидая его. Его крылья расправились на спине, он подхватил меня и взлетел в небо, толкая меня в карман, чтобы я мог видеть наш прекрасный участок.
Габриэль легко настиг Леона, и мы погнались за ним в лес по краю нашего участка, когда он попытался потерять нас, но Габриэль задорно рассмеялся, и я знал, что мы выиграем эту битву.
Я смотрел на него сверху вниз, мой язык болтался на ветру, а взгляд был устремлен на золотого зверя, пробивающегося сквозь деревья. Теперь меня ничто не оссссстановит, Ссссимба.