призрачный красный свет сиял через окна в крыше. Город горел. Тусклый красный свет
освещал фреску из песчаника, восстановленную из древнего зиккурата4 Ангелов, которая
рассказывала историю Ангелов, победивших Темных Ангелов во время великих
противостояний с Демонами давным-давно. Джексон задумался о том, сколько тысяч лет
прошло с тех пор. И теперь они снова здесь.
Справа от атриума располагались палаты Совета, двери были широко открыты. Здесь был
огромный зал, как церковь, место, где Габриэль принимал решения с Советом. Это было место,
где он решил обречь Город Ангела.
Джексон видел, как мерцал огонь. Медленным, выверенным шагом он приблизился к
открытой двери. Свет факела отбросил его длинную тень за порог палаты.
Хотя Джексон еще никого не видел, но голос, который он услышал, не узнать было
невозможно.
- Я ждал тебя, Джексон, - сказал Габриэль. - Сделай одолжение, войди, пожалуйста.
4 Зиккурат, зиггурат - ziggurat - прямоугольный ступенчатый храм; строился шумерами в честь богов.
~142~
Скотт Спир – Воинственный Ангел (Бессмертный Город #3)
Scott Speer - Battle Angel (Immortal City #3)
Глава 33
С Божественным Мечом наготове, Джексон сделал осторожный шаг. Было смертельно
тихо; единственное, что он мог услышать - приглушенные звуки сражения, бушующего
снаружи. Каждый шаг отдавался эхом в большой открытой комнате.
Зажженные свечи мерцали вдоль каждой стороны с рядом греческих колонн,
доставленных из Коринфской столицы. Небольшой порыв ветра заставил пламя дрогнуть,
отбросив окрашенные оранжевым тени, танцующие вдоль арочного потолка.
Габриэль сидел один, во главе большого стола Совета.
- Должен признать, что некоторая часть меня рада видеть тебя, Джексон. Я впечатлен, что
настолько далеко зашел. Мы хорошо тебя обучили.
Из всех членов Совета остался только Габриэль. Нестареющий король на нестареющем
троне.
Копна седых волос ярко сияла, впрочем, как и всегда. Тени танцевали на его лице.
Джексон аккуратно продолжил идти, удостоверяясь, что держит Божественный Меч
между ним и Истинным Бессмертным. Габриэль казался вполне беспечным.
- Боюсь, что независимо от всех твоих побед, твое ликование будет здесь не долгим,
Джексон, - сказал Габриэль. - Разве что его некоторые назовут моральным. Сегодня Демоны не
падут. Я все для этого сделал.
- Как ты мог? - спросил Джексон. Он смотрел на древнего Истинного Бессмертного,
Ангела, который был символом всего, что он воспринимал праведным и чистым с самого
детства.
Габриэль просто покачал головой:
- После всего, что мы пережили, после всех наших разговоров, я думал, что мы достигли
понимания. Что ты ушел от слабости и неокрепших мыслей к очень важному откровению. Я
думал, что ты понял необходимость процветания Ангелов. Я переоценил твою способность к
пониманию таких сложных, вечных вопросов. У меня становится тяжело на сердце, когда я
думаю о том, как ты предал меня. Предал нас. Предал Ангелов.
Джексон недоверчиво посмотрел на него:
- Это ты предал нас.
- Джексон. Ты же не думаешь, что мы позволим людям, самым слабым существам из всех,
управлять этой планетой, не так ли? - сказал Габриэль. - Все Бессмертные - одна семья,
Джексон. Будь то свет или тьма. И теперь это наш шанс объединиться и принять нашу общую
судьбу. Слишком долго мы, идеальные Бессмертные, имели дело с пороками и недостатками
человечества. Больше нет. Сегодня мы берем все в свои руки. Я просто разочарован, что ты не
присоединился к нам, Джексон. Я действительно возлагал на тебя большие надежды. Теперь я
вижу, что мое суждение было ошибочным.
На лице Габриэля отразилось истинное сожаление. Он был полностью убежден в
справедливости своих действий.
- Но мое самое большое сожаление, что я дал тебе вырасти таким сильным, - продолжил
Габриэль. - Я не должен был позволить тебе становиться достаточно влиятельным, чтобы
привлечь других Бессмертных. Закон Ангелов будет жесток ко всем, кого ты уговорил остаться.
- Все присоединились, - сказал Джекс.
- Да, хорошо. Наказание, безусловно, займет длительное время, - сказал Габриэль. - Но, в
конце концов, им придется вернуться в город. И они вернутся, не волнуйся. Как только они
увидят, с каким треском провалились. Как ты ввел их в заблуждение, пытаясь лишить их