– Его предупредили, – сказал я Сигтригру, поднявшись к нему на земляной вал. – Эгилл знал, что мы близко.
И ему хватило времени собрать свой скарб и перегнать скот. Значит, его предупредили по меньшей мере за полдня. Это, в свою очередь, подразумевало, что разведчики Рагналла следили за нами с самого утра. Я смотрел на север вдоль невысокого хребта между реками.
– Тебе следует увезти Стиорру на север, – посоветовал я зятю.
– И бросить тебя?
– Тебе надо уходить.
– Здесь я король, и никто не сгонит меня с моей земли.
Уходящий к северу кряж был плоским и тянулся между двух рек, воды которых сливались воедино южнее форта. Гребень по большей части представлял собой пастбище и, удаляясь от нас, плавно понижался, чтобы затем так же полого пойти на подъем к густому лесочку, из которого неожиданно появились всадники.
– Наши разведчики, – сказал Финан, когда руки дружинников потянулись к мечам.
Шестеро конных пересекали пастбище, держась вместе, и, когда они подъехали ближе, я заметил, что двое ранены. Один сгорбился в седле, у другого была голова в крови. Шестеро подвели измученных коней к входу в форт.
– Господин, они идут, – произнес, сидя верхом, Эдгер, мотнув головой в сторону юга.
Я обернулся, но местность за реками оставалась спокойной, неподвижной, согретой солнцем и пустой.
– Что ты видел? – спросил Сигтригр.
– Там за лесом усадьба. – Эдгер указал на деревья на другом берегу. – В ней не меньше сотни воинов, и еще больше на подходе. Идут с разных сторон. – Он помолчал, пока Фолькбальд снимал раненого с седла. – С полдюжины погнались за нами, – продолжил разведчик, – и Кэдда получил копьем в живот.
– Но и мы выбили двоих из седла, – вмешался всадник с раненой головой.
– Господин, они были сильно рассредоточены, – добавил Эдгер. – Словно идут и с запада, и с востока, и с юга. Собираются с разных сторон, но идут.
На одно безумное мгновение я задумался о том, чтобы вывести наших и ударить по авангарду Рагналла. Мы можем пересечь реку, разыскать за лесом подтягивающиеся войска и смять их, прежде чем подойдут основные силы. Но тут Финан проворчал что-то, я обернулся и увидел, как у линии деревьев на севере появился одинокий всадник. Он сидел на сером скакуне. Всадник наблюдал за нами. Выехали еще двое, потом полдюжины.
– Они уже за рекой, – объявил Финан.
А из далекого леса продолжали выезжать воины. Они просто стояли и смотрели на нас. Я обернулся на юг и на этот раз тут были всадники, целый поток всадников, двигавшийся по дороге к форту.
– Они все здесь, – сказал я.
Рагналл настиг нас.
Глава тринадцатая
Первый костер загорелся вскоре после заката. Он теплился где-то далеко в чаще, за раскинувшимся на гребне лугом. Отсветы пламени заставили тени деревьев устроить зловещий хоровод.
Новые огни вспыхивали один за другим – зарево ярко осветило лес, раскинувшийся в междуречье к северу от нас. Костров было так много, что временами казалось, будто чаща вокруг охвачена поясом пожара. Внезапно в этой подсвеченной кострами ночи, послышался стук копыт, и я различил тень всадника. Тот галопом скакал на нас, потом развернулся.
– Хотят нас измотать, не давая спать, – проворчал Сигтригр. За первым всадником последовал второй, а на южной стороне гребня невидимый враг загромыхал клинком по щиту.
– Да, они заставляют нас бодрствовать, – согласился я. Потом посмотрел на Стиорру. – И почему ты не уехала на север?
– Уже и забыла, – ответила дочь с усмешкой.
В амбаре у Эгилла нашлись две лопаты, и мы пустили их в ход, чтобы почистить канаву перед земляным валом. Очень глубокой сделать ее не получится, но она станет помехой для наступающей «стены щитов». Для боя на открытом пространстве луга у меня было слишком мало воинов, поэтому свою «стену щитов» мы выстроим на остатках римских укреплений. Римляне, как я уяснил, сооружали два типа крепостей. Были у них могучие твердыни вроде Эофервика, Лундена или Сестера, обнесенные мощными каменными стенами. А еще было великое множество небольших фортов – не более чем ров и насыпь с бревенчатой стеной наверху. Эти малые крепости охраняли речные переправы и перекрестки дорог, и, хотя частокол нашего форта давно приказал долго жить, его земляной вал, пусть даже и осевший, был еще достаточно крут и представлял собой серьезное препятствие. По крайней мере, я убеждал себя в этом. Воинам Рагналла придется преодолеть ров и карабкаться по насыпи навстречу нашим секирам, копьям и мечам, а их погибшие образуют еще один вал, о который будут спотыкаться следующие шеренги. Самым уязвимым местом был вход в форт, представлявший собой выемку в насыпи. Но речные берега густо заросли терновником, и мой сын с двумя десятками парней нарубили колючего кустарника и завалили им проем.