— Опять Вася сообщил? — прищурился Точилинов. — Эти контрабандисты уже притча во языцех для всех. Прогноз погоды по ним сверять часом не будем?
— Второе, — Сибейра не удостоил ответом ерничество Мастера Ацекато, — земные базы готовятся отражать агрессию именно со стороны Старших Рас. А у них разведка, к сожалению {или к счастью), гораздо лучше нашей.
— Не аргумент, — отмахнулся Мастер Ацекато. — Из каких соображений они исходят, мы даже прогнозировать не можем. Может, им мышцами поиграть захотелось. Мало ли…
— Третье, — жестом остановил его дон Антонио. — С сегодняшнего дня в Пестик ограничены поставки всех магиприпасов и амулетов, имеющих хоть отдаленно боевое применение.
— С каких хренов?! — изумился Точилинов, От таких новостей он даже забыл о своей усталой невозмутимости.
— Семья Идалил заявила о проблемах с производством партии блокираторов. Принесла официальные извинения и начала выплату неустойки.
— Н-да, — поджал губы Семен. — Если уж глеммы пошли на прямые убытки, то дело и вправду серьезное. — Он задумался. — И ты решил сначала поговорить со мной, посчитав, что я знаю больше, чем говорю.
— И да и нет, — дон Антонио, наконец, увидел кресло, на которое ему указывали, и тяжело опустился в него. — То, что ты знаешь больше, — это не вопрос, но это и не проблема. Понятное дело, у тебя всегда есть высшие идеи, но на то ты и глава Братства, А пришел я еще из тех соображений, что тебе неплохо бы первым узнать то, о чем завтра будет гудеть весь Пестик.
Он замолчал.
— И… — подтолкнул его Точилинов.
— Ну и немного прощупать тебя на предмет второго дна, — слегка смутился Сибейра. — А что? Такую вероятность исключать тоже нельзя.
— Нельзя, ты прав, — вздохнул Семен. Он поднялся из кресла, подошел к столику с напитками. Выбрал одну из 6утылок, зачем-то посмотрел ее на свет и с сожалением поставил обратно. — Нам бы выпить сейчас, — пожаловался он Сибейре, — но после твоих новостей только дош и подойдет. — Мастер Ацекато повернулся к двери и звучно хлопнул в ладоши. — Вся беда в том, — развернулся он к испанцу, — что нет у меня никакого второго дна. А жаль, оно бы сейчас было очень кстати. Да что такое? — Он раздраженно сменил тему.
Опять повернулся к двери и еще раз хлопнул в ладоши, Уже сильнее. Видимых изменений в комнате не произошло.
— Я не понял, — безадресно, но достаточно громко поинтересовался он. — У них там что, уже тихий час? Гип-Гоп… Тьфу ты… Арубай! Ты где?
Прошло несколько секунд — и дверь наконец тихо скрипнула, открываясь. В проеме показалось большое темное тело, двигающееся почему-то задом наперед. Точилинов с Сибейрой молча наблюдали. Ближе к середине комнаты тело развернулось, выкатывая накрытый столик на колесиках, и превратилось в высоченного тучного негра, растянувшего пухлые вывернутые губы в улыбке, призванной, судя по всему, выказывать наибольшее уважение.
— Дош, Мастар, — прогудел он. — Муритай сказал, вам сейчас нужно.
Сибейра чуть напрягся. Невысокий худощавый испанец высоких и больших людей не то чтобы недолюбливал, но испытывал в их обществе некоторый… диссонанс с окружающим миром. Его ближайшие помощники все как один ростом не выделялись. Статного же Точилинова природа размерами не обидела, поэтому в его доме общаться с гостями почти всегда приходилось задирая голову. Огромный Муритай, двухметровый ван Брюккен, Агатьев, Тетраков. Субтильный Се Ляо Юй на этом фоне смотрелся как то самое исключение, которое лишь подтверждает правило. С Арубаем, которого никто, кроме Мастера Ацекато, иначе как Гип-Гопом не называл, была та же история.
Когда со временем фигура Мастера Ацекато стала достаточно значимой, Муритай, еще со времени появления Точилинова в Пестике неизменно исполняющий по очереди роли то учителя, то няньки, то телохранителя, то распорядителя, понял, что уже не справляется. Расставаться друг с другом эта парочка, Точилинов и Муритай, не желали категорически, и было принято решение выделить денщика и мажордома в отдельную должность.
Дон Антонио, как остальные, с удовольствием поудивлялся бы диковинному выбору Ацекато, если бы не сам лично выбирал Аруба я.
— Ну что, Гип-Гоп, есть что-нибудь в мировом эфире вокруг нас?
— Нет, Ваше Магиставо, — Арубай с готовность развернулся к Сибейре. Дош, который он при этом пытался наливать в чашку, весело расплескался по сторонам. Сибейра с кошачьей грацией увернулся от темной струи, Точилинов еле сдержал улыбку.
Гип- Гоп в жизни мог быть кем угодно, только не денщиком и не мажордомом. Однако дон Антонио все равно настаивал на неизменном присутствии Арубая неподалеку от Точилинова именно из-за уникальных способностей неуклюжего здоровяка. Гип-Гоп видел чужие узоры. Все. Следящие, атакующие, сторожевые, просто лежащие на черный день. Прятаться от него было бессмысленно. Он видел даже узоры Кащея, направленные на Мастера Ацекато, хотя магия разума в принципе не видна никому, кроме того, на кого она настроена.
— Осторожнее, пожалуйста, Арубай, — попросил Точилинов. Раз не получалось избавиться (Сибейра каждый раз устраивал форменное побоище, отстаивая протеже), приходилось воспитывать.
— Извините, мастар, — Гип-Гоп подал Семену чашку, полную доша. Всего с одним-единственным потеком.
— Спасибо, — Точилинов аккуратно принял плод титанических усилий и попросил: — Арубай, вызови сюда, пожалуйста, Муритая.
— Есть, мастар! — Негр с видимым удовольствием отдал честь и направился к двери, по пути виртуозно избежав столкновения со столиком, который Сибейра уже мысленно похоронил.
— И еще, пожалуй, ван Брюккена и Ляо Юя, — добавил Семен. — Скажи, срочно.
— Хорошо, — донеслось от двери. Секундной позже она захлопнулась с пушечным грохотом.
— Не рассчитал, — прокомментировал Точилинов и повернулся к дону Антонио. — Ну что, давай, двигай кресло.
Сейчас они появятся. Будем себе ночь портить.
— Надеюсь, не только себе, — Сибейра взялся за подлокотники.
Глава 18
— Чего? — Сержант от изумления даже головой помотал. — Что ты сказал, солдат?
— Я не солдат, и она с нами не пойдет, — Ланья сделал полшага вперед и в упор посмотрел на закипающего командира.
— Не ссорьтесь, мальчики, — причине всей неразберихи надоело стоять в стороне и хлопать ресницами. Она решила взять все в свои руки.
— Где тут тебе «мальчики», боец… бойца… бойница? Тьфу ты, пропасть! — Сержант развернулся в другую сторону. — "Товарищ командир» и никак иначе!
— Не смей с ней так разговаривать! — сжал кулаки Ирил.
— Поучи еще меня, солдат.
— Я не…
— Хватит! — резко и громко хлопнул в ладоши Тетраков, с изумлением наблюдавший, как обыкновенное представление нового члена команды превратилось в безобразную склоку. — Всем молчать! Вы что, с ума все посходили? Сова?
Сова сочла за благо промолчать, лишь пару раз хлопнула ресницами, округлив глаза. Мол, а я чего? Я ничего.
— Сержант?… — удивился Вася, развернувшись ко второму участнику ссоры.
Тот смущенно откашлялся. И действительно, чего это он вдруг? С подчиненным не разобраться?
— Ты что, решил, что у тебя тут право решающего голоса? — наконец добрался Вася до Ирила.
— Она с нами не пойдет, — в отличие от остальных, Ланья сдаваться не собирался.
— А давай-ка сначала напомню я тебе три момента, — Вася благоразумно не стал ввязываться в разговор в стиле «сила на силу». Он показал приготовившемуся стоять насмерть Ланье три пальца. — Первое. Ты член Братства Магов Земли. Это не подлежит сомнению?
Ланья с натугой повертел головой.
— И еще какой, — театральным шепотом прокомментировал Шатун из-за спины Тетракова.
— Отлично, — удовлетворенно кивнул Вася, проигнорировав Шатуна. — Второе. Братство что-то решило, потом оно предложило (заметь, предложило) тебе в этом участвовать — и ты согласился. На тех условиях, которые до твоего сведения довели. Здесь тоже нет никаких противоречий, я правильно понимаю?