Ведьмак наблюдал, как Маковея туманным облаком подкрадывается к городу, погружая стражу в сон. Неторопливо убаюкивая, ее волны прокатились по Древграду, закрывая воспаленные глаза измученных в казармах ратников.
Лагерь Стояна уже был на ногах. Торопливо надевая доспехи, воины угрюмо косились на город. Каждый понимал, что битва предстоит не из легких, но и награда за стенами ожидала нешуточная.
Ярослав вместе с сотниками быстро выстроил войско длинными отрядами, по два десятка воинов в шеренге. Больше людей в ворота не протиснется. В авангард поставили копейщиков, защищенных тяжелыми щитами. Всеведа взглянула на Древград, убедилась, что стражники заснули, и Стоян дал команду к штурму. Воины двинулись к городу в полной тишине, лишь тяжелый топот ног оповещал о надвигающемся штурме. Маковея остановилась у самых городских ворот, продолжая наводить сон на врагов. Вдруг Всеведа поднялась, взглянув на город, и закричала:
— Стоян, он их будит! Стоян, там волхв!
Ведьмак, лишь мгновением раньше почувствовав в городе ворожбу, бросился к ней, хватая за руку.
— Показывай! Кто он?
Старый князь, о котором уже все давно позабыли, бегал у ворот среди спящих ратников, касаясь их голов. Его ворожба быстрым ручейком пробивалась сквозь сонные чары, поднимая воинов на ноги.
Маковея попыталась усилить наговор, почувствовав, как рвутся невидимые нити сотканной сети. Но ворожба волхва оказалась сильной, и пробудившиеся воины схватились за луки. Десяток стрел со свистом вонзились в тело колдуньи. Вскрикнув, словно раненая птица, Маковея медленно осела на колени, пытаясь из последних сил наслать на волхва заклятье вечного сна. Руки не слушались ее, пытаясь сплести невидимый узор, побелевшие губы пытались шептать, превозмогая боль. Вдруг колдунья закашлялась, кровь алыми струйками потекла по подбородку, и Маковея упала.
Ведьмак дернулся от боли, словно из бороды выдрали клок волос. Одна из нитей, связывающих его с ворожеями, лопнула навсегда. Отряду Ярослава оставалась до ворот всего сотня шагов. Всеведа упала на колени, тихо прошептав:
— Прости, Маковея. Как же это я его недоглядела? Это я, это все я виновата! Ох, Ярослав, да хранят тебя Боги…
Ведьмак зарычал от злости, вскакивая на коня. Первые потери в его роду. За эту смерть волхв заплатит собственной жизнью. Ледея схватила его за руку, испуганно прошептав:
— Береги себя. Ее уже не вернуть.
Стегнув коня, ведьмак поскакал вслед за начавшим штурм отрядом.
Воины пробежали мимо лежащей колдуньи, не замедлив шага. Торчащие из тела оперения стрел красноречиво говорили сами за себя. Приняв на щиты недружный залп лучников, Ярослав вместе с копейщиками первыми ворвались в город. Нехитрую баррикаду из лавок и столов, наваленную за ночь горожанами, вмиг растащили, пытаясь прорваться к врагу. Из казарм бежали разбуженные волхвом воины. Похватав щиты и мечи, они даже не успели надеть брони. Началась кровавая сеча. Измученные бессонной ночью ратники медленно отступали, десятками падая к ногам захватчиков. Ярослав, словно разъяренный медведь, бросался на защитников града, разя мечом направо и налево. Голова кружилась от возбуждения, меч беспощадно забирал жизнь за жизнью, упиваясь кровью. Крики боли, боевые кличи древлян, звон клинков, глухие удары о щиты — все переплелось в единый многоголосый хаос. Отвоевав площадь перед воротами, уже три сотни Стояновых воинов заполнили город. Битва продолжилась по трем главным улицам, ведущим к городскому торгу. Бой сузился до сечи в десяток воинов на улицу, основные же силы Стояна толпились позади, постепенно занимая места павших товарищей. Ярослав хорошо помнил показанное ему Всеведой расположение улиц. Куда бы враг ни отступал, закончится битва у торга. Две пристани встанут за спинами защитников крутыми берегами рек. Ратники быстро поддавались, не выдерживая напора завоевателей. Беспощадно добивая раненых, воины шли по телам к долгожданной победе. Конная рать горожан, не успевшая к началу штурма сесть в седло, теперь угрюмо ждала своего часа, выстроившись в десятки шеренг на торговой площади.
Ведьмак, привязавшись к волхву тонкой незримой нитью, шел по следу словно охотник за подранком. Безжалостно расчистив себе конем дорогу, он наконец прорвался в город. Нить тянула его вперед, указывая направление. Стоян не видел волхва, но точно знал, где его найти. Понимая, что дальше по улице ему не пробиться, он вскочил ногами на коня, запрыгивая на ближайшую крышу. Дома Древграда ютились стена к стене, иногда разделяемые узкими, шагов в пять улочками.